Сгенерировав целый легион обманных точек входа, Листопад привязал пустышки к физической карте комбайна. Когда фланговый обход будет завершен, машинисты коменданта обнаружат, что атака осуществляется из подвального убежища «Алмазной кобры». Если хоть кто-то из шпионов Каракурта слышал, как Листопад просил о помощи Большого Брата, моля воспользоваться его компьютерами, он сразу увяжет концы с концами. После такого не поверить в происходящее будет невозможно, и это даст Гринивецкому несколько лишних минут…
Программы взлома паролей завершили выполнять подкоп. Словно охотничьи собаки, они возвращались к хозяину, неся в зубах целые цепочки данных, позволяющих проникать в разные сегменты сети. В этот же момент на защитные сооружения электронной крепости обрушились зажигательные бомбы, блокирующие программ-стражников и не позволяющие им контратаковать. К центральным воротам грузно покатился таран.
Листопад дотянулся до бутылки, сделал большой глоток.
По вискам его уже лился пот, бежали холодные струи и по худым бокам юноши. Цифра окружила его, ворвалась в сознание, наполнила беспокойной силой и подняла над обычными смертными. Написанные машинистами «Мидгарда» программы рвали стены виртуального замка стальными крючьями, забрасывая внутренние дворы боевыми вирусами и программами-диверсантами.
Убедившись, что черные ходы софта взломаны, Листопад нацелил туда новый удар, окончательно установив контроль над системой энергообеспечения и закрепив на стенах часть своей невидимой армии. Сборщики информации сновали по захваченным участкам со скоростью гепардов, пополняя таранные атаки на центральный канал новыми массивами полезной информации.
Затылок Степана зажгло, когда «балалайка» корпорации «Науком» вышла на новый рубеж скорости обработки данных. Молодой человек улыбнулся, сверившись с часами, и мимолетно прикоснулся пальцем к образку с Чайкой.
Китайцы и не помышляли контратаковать.
Охваченные паникой хваленые машинисты поднебесников суетились, торопливо затыкая проломы в обороне, но тут же получая новые и новые бреши. Пытаясь застраховаться от атаки, несколько секретных сегментов с наиболее ценными библиотеками замуровались в неприступные кубышки, выходя из-под контроля не только ломщика, но и хозяев сети.
Попавшись на уловку Гринивецкого, агрессивные сторожевые модули бросились громить бандитские компьютеры Кипятка, отрезая им выход в сеть. Военный софт контратаковал машины уголовников точечно, но беспощадно, забрасывая серверные станции Триады вирусами и прожорливыми «червями».
Степан улыбнулся еще раз.
Находясь на самом острие штурма, но одновременно оставаясь в тени, Листопад усилил давление на стержневые ворота крепости. Учетные записи местных машинистов уничтожались одна за другой, лишая сетевых операторов не только контроля над ситуацией, но и возможности элементарно удержаться в сети. Два из восьми серверных терминалов рухнули, словно разрушенные стотонными ядрами кирпичные башни.
Когда защитники вычислили, что атака ведется не из подземелий «Кобры», их силы перегруппировались. Тогда Листопад начал второй фланговый обход, подбросив оскалившимся церберам десяток новых шлюзов доступа. С физической привязкой к посольству Сибирской Республики.
Решение далось Степану непросто.
Признаться, он вообще держал эту карту про запас, решив использовать только в крайнем случае. Но поскольку машинисты «Императора» так быстро распознали уловку, ему придется повторно пожертвовать репутацией старшего брата…
Атака на ключевые ворота завершилась сокрушительной SQOLT-инъекцией, отдавая Листопаду полные административные права на управление крепостью. Оставшиеся в живых защитники выносили белые флаги, бросая под ноги ломщику ключи от укреплений. Над пожарищами пополз едкий дым.
Захлопнув за собой полуистлевшие створки, Гринивецкий кровожадно бросил войска на разграбление жилых кварталов. Обрушение внутренней сети ПТК не входило в его первоочередную задачу, но оставшихся в строю защитников, державших последние очаги обороны, стоило чем-то занять.
Сам же Листопад сконцентрировался на главной цели – опорно-двигательной системе почти поверженного Левиафана…
– Сохрани меня, Геос, – прошептал молодой человек, начиная финальную часть операции.
Изящный буер его подсознания втянул в паруса побольше ветра, легко и грациозно заскользив по ослепительной поверхности ледяной пустыни.
Мотив был очень простым, даже слегка примитивным. Но казался Чэнь Юйдяо до того утонченным, что даже после тысячного прослушивания подполковник находила в нем новые образы. Цитра и флейта, чистое сочетание бесхитростности и космической гармонии, которого никогда не позволят себе новомодные инструменты или компьютерная эмуляция.
Обычно комендант не слушала музыку на рабочем месте. Но сегодня ее переполняло такое спокойствие и воодушевление, что исключение из правил казалось уместным.
