– Да нет. Это не совсем тролли. То есть совсем не тролли. Судя по всему, это приверженцы некоего языческого культа, за основу которого взята старая местная легенда.
– Люди, которые считают себя троллями?
Я поняла, что лишь попусту трачу время, и встала.
– Сядь, – резко сказала Хелен. – Дана не считала тебя идиоткой, и я пока тоже так не считаю, – она мельком взглянула в сторону шкафа, на который положила моего «гуманного убийцу», – хотя кое-что говорит отнюдь не в твою пользу.
Я насупилась, как обиженный подросток. Но Хелен просматривала записи, которые делала во время моего рассказа, и не могла видеть выражения моего лица. Поэтому я расслабилась и снова откинулась на спинку дивана.
– Ладно, – сказала наконец Хелен, – давай на время забудем о шетландском фольклоре и сосредоточимся на фактах. Ты выкопала тело женщины, которую впоследствии идентифицировали как Мелиссу Гээр. Женщина умерла около двух лет назад, и незадолго до смерти она родила ребенка.
Я кивнула.
– Пока все понятно, хотя, несомненно, ужасно. Но затем начинаются неясности. Оказывается, что Мелисса Гээр, предположительно, умерла почти за год до этого. Таким образом, у нас есть женщина, которая умерла дважды. Первая смерть четко задокументирована, и имеются свидетельские показания тех, кто при ней присутствовал. Это трудно опровергнуть, по крайней мере на бумаге. Вторая смерть, несомненно, более убедительна, так как в данном случае у нас имеется тело, которое ее подтверждает. – Она замолчала, чтобы сделать глоток вина.
– Довольно запутанная ситуация, – сказала я.
– Не то слово. Но пойдем дальше. Из-за неких знаков, вырезанных на теле жертвы, и обручального кольца, которое каким-то образом оказалось на твоем лугу, ты решила, что Мелисса – не единственная жертва, что убийств было несколько.
Я снова кивнула.
– Тогда ты разыскала статистические таблицы смертности на островах… – Она нагнулась и взяла мои записи, сделанные в больнице. – Если эти цифры соответствуют истине…
– Они соответствуют, – перебила я.
Хелен нахмурилась.
– Если они верны, то вырисовывается – тут я с тобой согласна – четко выраженная закономерность. Каждые три года действительно резко возрастает смертность среди молодых женщин. А теперь перейдем от фактов к теориям. Ты пришла к выводу, что определенное количество женщин…
– Примерно шесть каждые три года.
– Хорошо. Ты пришла к выводу, что этих женщин похищают. Их смерти фальсифицируют – и это в многолюдной, современной больнице, – а самих женщин насильно удерживают в некоем месте в течение почти целого года. – Она снова посмотрела в свои записи. – Ты считаешь, что их держали на острове, который называется Тронал. И во время этого заключения их там… оплодотворяли? – Хелен поморщилась. Меня тоже передернуло.
– Или же они забеременели незадолго до того, как их похитили, – сказала я. – Как это было с Мелиссой. На этих островах просто безумное количество преданий о похищенных девушках, беременных женщинах и детях. Я уже не говорю о том, что здесь постоянно находят человеческие кости. Господи, да в этом месте больше братских могил, чем в Боснии!
– М-да… И все эти преступления совершают одетые в серое мужчины, которые живут в подземных пещерах, любят музыку и серебро, а также боятся всех предметов, сделанных из железа?
Я ничего не ответила, только уставилась на нее злым взглядом.
– Ладно, – продолжала Хелен. – Вернемся к пропавшим женщинам. Ты полагаешь, что во время пребывания в заточении они рожали детей. После чего их убивали. Их тела привозили обратно на этот остров и закапывали на твоем лугу.
Хелен замолчала, ожидая моего ответа.
– Да, – сказала я. – Я считаю, что все происходило именно так.
Она продолжала молчать.
– Это полностью совпадает с легендой, – начала быстро объяснять я. – Кунал троу похищают обычных земных женщин. Через девять дней после рождения сына – а от таких связей рождаются только сыновья, потому что это раса мужчин, – женщина умирает.
– Тора…
– Мелисса Гээр была убита через семь-десять дней после родов.
– Тпру! Не части… Скажи, ты действительно думаешь, что в современной больнице можно фальсифицировать смерть? Неужели такое возможно?
– Еще совсем недавно я бы с уверенностью сказала, что нет. Но теперь думаю, что это вполне вероятно.
– Но каким образом?
– Конечно, для этого нужно задействовать массу людей: врачей, медсестер, возможно, администратора и обязательно патологоанатома. Конечно, специалиста-медика обмануть сложно, но обыкновенного обывателя, особенно если это убитый горем родственник… тем более что вокруг много отвлекающих моментов, все суетятся… а на самом деле мнимо умершую просто накачивают соответствующими препаратами до коматозного состояния.
Хелен молча крутила в руках бокал, наблюдая за тем, как вино стекает по тонким стенкам. Ее лицо было непроницаемым, но я чувствовала, что она слушает меня.
– И еще я думаю, что они применяют гипноз, – решительно добавила я. Какого черта, если она мне все равно не верит, то…
Хелен перестала крутить бокал.
– Гипноз?