Митраэль нахмурился и печально продолжил, воспоминания давались ему с трудом.
– Алария не могла выбрать одного из нас. Однако я думаю, что любила она только тебя, Аиррэль. А мы дрались и ругались из-за нее, не могли поделить. Девушке нравилось наше внимание и любовь, покровительство и защита. Но мы терзали ее, требовали большего. И тогда мы ушли. Оба. Оставили ее одну. Ты еще немного задержался. Надеялся, что она ответит взаимностью на твои чувства, отвергнет нас и скажет, что любит. Но Алария не понимала, что мы не вернемся. Чтобы избежать проблем, решено было забыть девушку. И мы попытались. Сильно страдали. А она не смогла пережить это и повесилась.
– Что, прости? – Аиррэль сгорбился и недоумевающе склонил голову.
– Да, она повесилась. После этого, с разбитым сердцем, ты пришел к отцу злой и попросил запретить ангелам приближаться к земле и любить человеческих женщин. А ко мне ты пришел, чтобы стереть воспоминания. Я стер. Не сразу, но сделал это.
Аиррэля трясло. Он злился и едва сдерживался, сжимая кулаки.
– Где она сейчас?
– Там, где и все самоубийцы…
– Велиал знал об этом?
– Ему я тоже стер память, вы пришли оба.
– О Господи, – вслух сказала я, и Архангелы покосились в мою сторону. – Аиррэль, мне жаль.
Я встала и порывисто обняла его, не зная, чем помочь. Аиррэль кивнул.
– Мне нужно убедиться, Скай. Я всегда думал, что никого не любил, и был в этом уверен. Обещаю, я вернусь. Не переживай.
– Аиррэль, это опасно. Не ищи ее, – Митраэль взволнованно встал с дивана.
Но Аиррэль облачился в военную форму, сжал рукояти мечей, раскрыл крылья и исчез.
Я не хотела его отпускать и, признаться, надеялась удержать, но не могла этого сделать, не могла так с ним поступить, потому что это было бы нечестно, неправильно. Он заслуживал узнать правду.
Аиррэль исчез, но перед этим я ясно увидела, как Алария уже выталкивает меня из его глаз, сердца и головы. Надежда снова рассыпалась вдребезги, как и мое сердце. Я должна бы радоваться, что он вспомнил свою первую любовь, что он когда-то кого-то любил и чувствовал, но сердце разрывалось от боли, потому что его глаза больше не смотрели на меня. В один миг все померкло и растворилось в воздухе, словно дым.
– Скай, скажу прямо, тебе не место в этом мире, – произнес Митраэль, нарушая установившуюся тишину.
– Гоните меня?
– Аиррэль вспомнил Аларию и не отпустит ее. Он любил ее, сильно любил.
– Но она в Аду, разве нет?
– Да, поэтому боль его будет вечной и мучительной, как и моя. А ты любишь его.
– Уйду, как только смогу, – сдерживая слезы, сказала я.
– Мне жаль, я не хотел рассказывать, но он попросил.
Я молчаливо кивнула.
– Удачи, Скай, – Митраэль исчез.
Я с разбитым сердцем сидела в кресле и рыдала. Видеть, как тот, кого ты любишь, исчезает в поисках своей первой любви, ужасно. Что мне делать? Я пыталась успокоиться, но не могла. Весь вечер я ждала Аиррэля, но он так и не явился. Велиал застал меня сидящей в кресле возле камина и распивающей вино.
– По какому поводу праздник? – он прыгнул в кресло напротив.
– Скорее похороны моих чувств, – я смотрела в огонь.
– Скай, ты чего? – демон подошел ближе. – Где Аиррэль?
– Без понятия.
– Сколько его уже нет? – Велиал заозирался по сторонам.
– Три дня.
– Что случилось? – он сел на корточки возле моих ног и заглянул в лицо, убирая волосы с глаз и забирая из рук бокал.
– Аиррэль узнал про свою первую любовь и полетел спасать ее из лап Люцифера, – я истерически засмеялась.
– Кто тебе сказал эту чушь? – Велиал скривился в лице, но не съязвил.
– Митраэль.
– Архангел который? – удивился он и растерялся. – А что он сказал?
– Сказал, что Аиррэль выбил у Бога правило о запрете на любовь между ангелами и людьми, потому что стал причиной гибели Аларии.
– Ха-ха-ха, – Велиал присел на попу и рассмеялся. – Давно я так не ржал.
– Бесчувственный демон, убирайся, не мешай страдать.
– Ой, не могу, дай время, – Велиал хохотал и хлопал в ладоши. – Выдыхай, смертная, я знаю Аиррэля лучше всех, и он никогда никого не любил.
– То есть Митраэль соврал? – я запуталась и растерялась.
