– О да, – согласилась я. Всегда обожала есть на природе, а после длительной физической активности аппетит усилился.
– Тогда идем?
Парочка осталась позади. До нас несколько раз доносились реплики на повышенных тонах, а затем все стихло.
Эти двое присоединились к нам позже. Блондинка сидела с недовольным выражением на лице, Аир хмурился, но иногда я ловила на себе быстрые взгляды Архангела.
Местные жители после ужина играли на барабанах, били в бубны и пели печальные песни на странный мотив. Саймон сказал, что это не песни, а обряд прощания с усопшими.
– Цунами унесло жизни многих, – прошептал он, склоняясь ко мне. – Они скорбят о тех, кого лишились. Их души плачут по родным, близким и детям, а в песнях выражается вся боль и трагедия.
– Ужасно.
– Наверное.
– Ты не согласен?
– Не вижу трагедии, – хладнокровно ответил он. – Души попадают в лучший мир и обретают спокойствие.
– Тогда почему помогали мьерцам найти яйца, если вам без разницы?
– Это не значит, что жизнь ничего не стоит. Наоборот, мы ее ценим. Но для ангелов смерть не равна горю. Мы воспринимаем ее переходом из одного состояния в другое.
Я вспомнила, как Аиррэль отомстил за Элану. Слова легионера не вязались с его действиями.
– Я хотел наказать убийц, – Архангел, очевидно, подслушал мои мысли и теперь смотрел в упор. – Ее смерть ужасна. И уже не имеет значения, куда она попала после. Важно, как провела последние минуты жизни. Поэтому негодяи заслуживали возмездия.
Саймон внимал Аиру с исключительной заинтересованностью, однако с изумлением во взгляде и толикой недоумения. Тем не менее такая преданность поражала.
– Вы о чем? – отважился спросить воин.
– О прошлом.
Вскоре легионеры по приказу Архангела соорудили из палок и веток шалаш, с округлыми стенами и потолком без углов. Там же мне устроили и лежанку, правда, не особо мягкую. Но я была благодарна и за это, завалившись спать без задних ног.
А ночью меня целовали губы, ласкали руки… Во сне или наяву? Хотела открыть глаза, но не могла. Веки не подчинялись, будто кто-то не позволял, и греза продолжалась.
Утром встала в полной уверенности, что произошедшее ночью мне не примерещилось, и, пожалуй, именно Аиррэль не давал проснуться, нахально используя ангельские способности. В воздухе витал любимый запах, что его и выдало.
Я выбралась из шалаша. Прохладный ветер моментально растрепал мои волосы. Саймон с Аиррэлем стояли поодаль, возле моря. Воин смиренно слушал, а Архангел отдавал распоряжения. Я потянулась и медленно приблизилась. Смотрела на любимого и мечтала, как подбегу, обниму, а он подхватит, смеясь. От шальных фантазий часто-часто забилось сердце. Но потом представила эту же ситуацию, только я падаю лицом в песок прямо возле его ног, и разразилась хохотом. Второй вариант точно более правдоподобен.
Ангелы обернулись и синхронно, будто тренировались, вопросительно подняли брови.
– Извините, не хотела мешать.
– Ты не помешала, – Аир плавно оглядел меня с ног до головы и отпустил подчиненного. – Саймоэль, доложи, когда Лиирта мелькнет на границе.
– Слушаюсь.
– Свободен.
– А как же?.. – друг посмотрел на меня.
– Справлюсь, – хмыкнул Архангел.
Воин поклонился и ушел, а Аиррэль раскинул руки.
– Смертная, я устал ждать!
Я побежала. А он поймал, закружил. Это походило на сказку: объятия, поцелуи и счастье – головокружительное и бесконтрольное.
– Моя земная девочка, – прошептал он, и я в исступлении распахнула глаза. – Шоколадка земляничная, – второе ласковое прозвище или любовное признание. С Архангелом явно что-то творилось. Или с нами обоими. – Я уже соскучился и не хочу забывать произошедшее в море.
– И я! – обвила его шею руками. – Много у нас времени?
– О нет, – вымученно ответил он. – У Лиирты появилось неотложное дело, но она вернется, и очень скоро.
– Какие планы?
– Мне все равно. Я лишь желаю побыть с тобой наедине.
– Давай займемся чем-то приятным? По-настоящему, – недвусмысленно намекнула на секс.
У него загорелись глаза. Аир широко улыбнулся.
– Нельзя, – Архангел все же покачал головой.
– Почему? – удивилась я, насупившись. – Ты не можешь?
– Не могу?! – засмеялся Аиррэль, целуя в щеку. – На рассвете мог, смертная, а вот в обед не очень.
– Издеваешься?! Прекрати! – воскликнула я, тряхнула волосами и покраснела. – Тогда почему? Ты не хочешь?
– Наоборот, Небесная! Но мы не успеем, я ведь не планирую торопиться. Мне нужно все время мира, чтобы насладиться тобой, смертная, а не пятиминутное соитие.
– И что же нам делать?
– Подождать подходящего момента и спровадить ангелику подальше. Сегодня вряд ли получится.
Я поджала губы в недовольстве, а он снова засмеялся.
– Мне бы подольше послушать твой голос, Небесная. Последние дни едва вижу тебя, – Аир взял меня за руку и мы, прогуливаясь, двинулись вдоль берега моря. – Ты не рассказывала, чем занималась, пока я спал. Хочу знать.
– Ничем особенным.
– Однако в моей комнате произошла перестановка, а в книжном шкафу стало просторнее.
– Надеюсь, ты не злишься на мое самоуправство? Я изнывала от тоски и решила прибраться.
– Я не сержусь. Ты читала мне вслух?
