— Ничего я не планирую, — вдруг вспылил Мастер. — Все, что я планирую, не сбывается! Просто дам Демиану шанс, посмотрим, что он сделает. От этого будет зависеть, что буду делать я!
— Как Ночной может допустить подобное? Как ты смог его так разозлить?!
— Не спрашивай, Дон, такие вопросы не задают. Ты же не лезешь к Северному с вопросами, почему он разошелся с очередной любовницей и не пытаешься уточнить, что ему не понравилось в ней — маленькая грудь или неловкость в пастели.
— Ты как-то все так выворачиваешь, — растерялся рыжий, — вроде ничего такого и не спросил, ну да ладно. Слишком очевидно, что причина вашего разлада в нашем найденыше. Чтобы сохранять его иллюзии, ты уничтожаешь себя, а Ночной считает это никчемной тратой сил.
— Ну, что-то вроде этого, — сдался Мастер. — Все дело в моем выборе, а он невелик: я могу убить его, могу превратить в малодушного калеку или тащить за собой ценой собственной жизни. Проблема в том, что я уверен — он тот, кто нужен. Шива безошибочно отыскал его среди миллионов других, хотя не должен был вмешиваться вовсе! С какой стати ему вмешиваться?
— Какие вопросы ты задаешь, мне прямо нечего ответить, — Дон пожал плечами. — Значит, ты остался отрезанным от Истока. Очень нехорошо, придется просить. Быть может, тебе удастся договориться с драконом, и он сам проведет нас своими тропами?
— Посмотрим, — неохотно отозвался маг. — Посмотрим.
— Неужели колдун так нужен тебе и Северному? — отжимая рубаху, Дон говорил непринужденно. — Для чего? Дракону важно, человек перед ним или колдун?
— Боюсь, дракону все равно, тут невозможно предугадать. А чтобы сделать из такого как Демиан что-то путное, нужно уничтожить его до самого основания. Это — отработанный материал, пустая трата времени и моих сил.
— Тогда я не понимаю…
— Я приму решение позднее. Сейчас переоденусь — в седельных сумках еще осталась чистая одежда — и отдохну, а потом поговорю с Ночным. Разговор будет непростым.
Раннее утро выдалось холодным и тихим, наполненным редкими гулкими звуками падения капель С гор в ущелье спустился туман, который тек над землей обрывками, то сгущаясь в молочную пелену, то редея так, что становились отчетливо видны сами горы.
Меня разбудил холод, забравшийся под плотное шерстяное одеяло Костер весело потрескивал, облизывая три толстых бревна, подброшенных в огонь совсем недавно Место Дона пустовало, видимо, это он положил их в огонь.
Я огляделся. Перемежающиеся с уродливыми соснами невысокие лиственные деревья поникли под тяжестью мутных камель. Белая дымка окутала все вокруг, искажая цвета и очертания крон. С каждой минутой я замерзал все больше, потому встал, завернувшись в одеяло, и сел поближе к огню. Тепло касалось кожи, но не способно было проникнуть внутрь и согреть меня
— Проклятая спина! — я с тоской посмотрел на спящего мага. — Мастер?
Я не особенно старался его разбудить, но маг отреагировал на мой тихий голос мгновенно.
— Да, — он приподнялся. Выглядел маг неважно: глаза глубоко запали, лицо посерело
— Не спал ночью? — спросил я осторожно.
Мастер с силой потер виски
— Спал как младенец, — пробормотал он, но было очевидно, что это ложь.
— Если ты что-то знаешь о Шиве, может, расскажешь? — с нажимом предложил я.
— Нет, — отрезал маг так, словно хотел дать мне пощечину. — Это не важно.
— Не важно? — возмутился я, надеясь, что Мастер все же обронит хоть словечко, но он лишь едва заметно дернул головой и пошел в кусты.
«По-твоему, предательство друга не важно? — подумал я вяло. — Если для тебя это ничего не значит, ты либо дурак, либо просто сошел с ума!»
