Конечно видел, у него модель Beretta 92FS, редкая и дорогая вещь. И очень качественная. Даже странно, что продаёт.
— Сразу предупреждаю, обмен не интересует, только наличные. И, не дожидаясь расспросов, раскрыл секрет:
— Свадьба у него скоро, такие дела. Невеста девушка заметная, из уважаемой в городе семьи, так что народу будет много. Сам понимаешь, собираем финансы... Денис, я знаю, что тебе в таком калибре шпалер не нужен. Спросишь там у своих, кто позажиточней?
— Завгар наш интересовался стволом посолидней, — вовремя вспомнил я, — Чтобы в уровень, статусный... Скажу ему, конечно, он сам примчит, если что. Капуста у него есть. В общем, я ему по приезду обрисую. Уверен, что купит.
Я и не заметил, как в ту же секунду передо мной из воздуха материализовался тощий концессионер и ученик кузнеца с причёской рокера из 70-х. Горячо потряс мне руку. Молча, сука! Тем временем Мэнсон успел сходить к небольшому письменному столу, и теперь шёл обратно с тяжёлым свёртком в руках.
— Ну, держись, если валидола нет.
Это был кольт. Нет, не кольт, а Colt Government 1911А1, его ещё называют «правительственным». Если говорить об оружейной мечте, то вот она — лежит на столе в родной кобуре. Вытащив и взяв пистолет-легенду в руки, я понял, что выпустить из рук эту птицу-удачу калибра .45ACP уже не смогу.
Калибр убойный. Мощный патрон с останавливающим действием на дальности до сотни метров. Ещё Первая мировая показала, что тяжёлая пуля этого кольта надёжно останавливает противника даже попадая в конечности, сбивает его с ног, лишая возможности сопротивляться. Надёжный, удобный, простой в эксплуатации, перезаряжается почти мгновенно. Вот из него я точно стрелял! Правда не знаю, когда, где и по какому поводу.
И вот ещё: он просто красив, эстетически безупречен.
— Сколько? — хрипло выдавил я через пересохшее от волнения горло.
Мэнсон тихо ответил. По-моему, он и нашатырь заранее подготовил.
М-да... Цена бешеная.
— Плюс пятьдесят патронов с пулей Hydra-Shok от Federal даю, согласись, что это очень круто. Слона остановишь.
Откуда на Жестянке слоны? Хотя…
За лимит я вылетаю однозначно. И покупкой личного оружия по своим хотелкам такой перерасход не оправдаешь. Можно, конечно, зачесть на сдачу мой «люгер», но хитрожопость я не люблю, как и Казанников.
Возьму чисто на свои, растрясу кошель до дырочек. А со старичком парабеллумом разберусь отдельно, что-то компенсирую.
— Беру сейчас, налом!
— По рукам! — обрадовался чёртов искуситель.
Это я удачно зашёл.
Мало что так сближает одиноких людей мужского пола и заставляет действовать в едином порыве, как вечерний голод. Разве что совместная пьянка, что легко совмещается. Порыв существенно усиливается, если участники знают, что дома ничего съестного нет, а сил вечером на готовку не останется, о чём сигнализирует известный симптом: «Апатия и непреодолимое отвращение ко всякого рода труду». И трижды усиливается к концу последнего совещания, когда в открытую форточку то и дело заплывают ароматы восхитительной уличной стряпни, быстро разжигающей кулинарное воображение.
В общем, завершив дела, мы с Мэнсоном оставили на хозяйстве меланхоличного дрыща-брательника, которому, как сказал старший, «всё едино не в коня корм», и вышли на вечернюю улицу. Быстро оглядевшись, Мэнсон сразу вызвался быть штурманом, процитировав слова Гарриса из «Трое в лодке, не считая собаки»:
— Я нашел за углом хорошее местечко, где можно достать первосортный нектар!
Центральная улица быстро освобождалась от дневных забот. Коммерческая интеллигенция, уставшие ремесленники, ворчащие мелкие служащие и прочие мещане быстро превращались в праздных гуляк, желающих для крепкого сна немного отдохнуть на людях, отметить удачную или не очень торговлю или же просто ищущих от скуки общения.
Две главные таверны города расположены неподалёку, но Мэнсон потащил меня в другую сторону, туда, где четыре дома стоят не так тесно, как остальные. Свободное место между ними по вечерам занимает примитивный выносной общепит.
Народ неторопливо рассаживался вокруг вынесенных на улицу маленьких столиков, что-то заказывал, начинал тянуть чаи-кофе, пить наливки и настойки, сплетничать, обсуждая городские новости, играть в нарды и карты. В таких уличных забегаловках, в отличие от солидных таверн, разнообразия блюд ожидать не приходится, каждая имеет свою изюминку. Заметил, что на столах стало больше хорошей рыбы и свиного мяса. Значит ли это, что в городке выросло качество жизни, или всё идёт в ущерб здоровому питанию? Да пропади этот ЗОЖ пропадом, на Земле надоел.
Наконец мы пришли на место и уселись за столиком под небольшим тополем.
— Моя локация, в последнее время частенько здесь бываю, — доверительно поведал ведущий мероприятия. — Пока они не испортились, но скоро испортятся. Обычное дело.
Я кивнул. Правило верное, ещё с юности знаю: ходить нужно в только что открывшиеся кафе и рестораны. Первые два месяца там будет вкусно.
