Не ожидал теперь такой сюжет паренек и, резко отказавшись от своей затеи, быстро и нетерпеливо, принялся прощаться с нами. Посмотрев друг на друга, мы с Вероникой захохотали и стали уплывать от стоянки туристов. Послышался грубый матерный рык! Это та девушка, явно решила прочистить своему пьяненькому спутнику мозги, и постоянно указывала ему путь, из трех букв, куда ему надо было пойти немедленно. Досталось и Веронике, мы услышали, что она оказывается тоже из той породы людей, что торгуют своим телом на автомобильных трассах.
- Вот Саша, надо было и правда остаться, не так было бы обидно, слышать такое, - весело сказала Вероника.
- Побереги мои нервы, - хохотнул я. – Ты-то понятно, но что бы я там делал?
- Ой, я тебя умоляю, эта жопастая подмахнула бы тебе быстрее, чем тот суслик залез бы на меня. Кто больше верещит по поводу измен, тот первый и шалавится сам. Спасибо, знаем, проходили. Скажи, а она в твоем вкусе? Смог бы?
- До того момента, пока не встретил тебя, смог бы, сейчас уже нет.
- Что так?
- Ты вкуснее. Зачем мне что-то хуже, если у меня есть значительно лучше.
- Да ладно тебе, у нее такая фигура, сытная, явно занимается собой. Вся такая, жиро-мясная, но плоский живот, прямо как…- девушка хитро задумалась. – Латинос, бразильянка.
- Ага, ей бы еще маскарадные перья на голову. Почему то у меня складывается ощущение, что сейчас получит не только белобрысый, но и я.
- Ну, я же получила, - хохотнула Вероника. – У нас все пополам, сам говорил.
Мрачные мысли и ситуация, в которой мы прибывали, снова вернулись к нам, и наш смех иссяк, вместе с голосами компании на берегу.
- Дай мне сигарету Саш.
- Знаешь, уже времени много, думаю нужно встать на стоянку. От этих соседей, ночью будет много шума, мы совсем рядом, даже с берега, думаю, можно будет их увидеть, по крайней мере, костер. Если за нами идут, либо компания отвлечет Макара, либо собьет с толку, или вообще испугает, сделает осторожными.
- Ага, либо нас будут по кусочкам резать, и за криками пьяной компашки, нас не будет слышно.
- Тоже как вариант неплохо. – Я задумчиво уставился на девушку. – Ну и…?
- Саша, как считаешь нужным, так и делаем.
- Тормозим. Встаем на левом. Он более людный, больше стоянок, тропинок и прочего, от нас меньше следов.
- С чего ты это решил, что он более людный?
- Ты разве не замечала примятые подходы к воде, тропы, старые костровища периодически?
- Честно, нет Саша. Голова не тем забита.
- А с правого берега, ничего такого нет, и если он идет за нами, то должен идти там, где меньше шансов наткнуться на людей, тем более, если он все же ранен то, зачем ему лишние вопросы, например, кто его так уделал и тому подобное. Не хватало еще, чтобы он повстречал идиотов, согласившихся ему помочь найти двух типа беспредельщиков, наговорить на нас можно все что хочешь. Значит так, встаем в кустиках, вон там, видишь? – я указал пальцем на то место, что приглядел. – На краю туристической стоянки, и тихонько поглядываем по сторонам. Покушаем, посмотрим, что нам приготовила баба…баба Тамара.
Расположившись на краю рощи, среди невысоких, молодых, с тонкими стволами берез, я растянул палатку и достав моток медной проволоки, что взял у старушки, направился в лес.
- Куда ты Саша? – девушка вопросительно уставилась на меня.
- Да вот хочу, знаешь ли растяжки поставить.
- Гранаты?
- Нет, - я улыбнулся. – Нам с этим не повезло. Нет тех гранат, что можно применять на растяжку.
- Но у нас же эти, как их…РДГ
- РГД.
- Ну РГД…
- Они не рассчитаны, на самопроизвольный взрыв, что бы они бахнули, их нужно кидать Вера. Для взрыва нужно скажем так, давление воздуха, вернее его поток, именно при таком стечении обстоятельств сработает механизм и она рванет примерно через четыре секунды. Нечаянно урони ее, и ничего не будет.
- Да уж, сложно тебе, – девушка горько улыбнулась.
- Почему?
- А спишь плохо? – к горькости улыбки, прибавилось примесь доброго ехидства.
- Не понял? – растеряно промямлил я.
- Мозгов много, умный очень. Тяжело с тобой будет, особенно в старости. Будешь противным дедом.
- Верно, у меня бабуля такая была. Правда потом дотошность, перешла в бубнежь себе под нос, и на этом все. – Я засмеялся. – И вряд ли я доживу, до деда преклонных лет.
- Бубнить можно и в тридцать и в сорок лет. Почему не доживешь?
- Я реально смотрю на вещи Вероника. Буду рад, дожить лет до восьмидесяти пяти, хотя это фантастика.
- Верно, у нас есть шанс умереть молодыми. Всего то, позвать Макара.
- Юморишь по черному, смотрю, - улыбнулся я.
- Настроение такое, как то мне напряженно весело.
- У тебя тоже есть шанс…
- Какой же? – девушка с интересом уставилась на меня.
- Увидеть, как я буду бубнить в восемьдесят пять.
- Ты сам не далеко от меня ушел с юмором то…
- За то с заделом, на длинную жизнь, и главное – не одинокую. – Я нежно и тепло посмотрел на Веронику.
- Иди дела делай Сашка, мой… – Девушка подошла ко мне, чмокнула меня в щеку и уткнулась лбом в грудь. – Иди, я подумаю, насчет твоих будущих, преклонных лет.
