Такси остановилось у общежития в начале девятого. Даже с улицы Джек видел в окнах силуэты, слышал тяжелые басы. Казалось, он никуда не уезжал, как будто вечеринка продолжалась несколько щей, за исключением того, что его собственный мир переменился. Он открыл дверь ключом, вошел и увидел сидящего на диване Чада. С ним было еще несколько игроков их команды. Какая-то девушка лежала у Чада на коленях, словно вязаная накидка.
– Привет! – поздоровался Чад и, оттолкнув девушку, подошел к Джеку. – Жаль твоего старика, дружище.
Джек пожал плечами.
– Спасибо. Я хотел бы побыть один.
Чад сунул ему в руки холодное пиво.
– Может, тебе нужно отвлечься от грустных мыслей? – многозначительно спросил он.
Джек вернул ему бутылку.
– Я не в настроении, Чад.
– Уверен?
Джек кивнул, но потом взглянул на улыбающуюся девушку и сказал:
– Возможно, ты прав.
На лице Чада заиграла понимающая ухмылка. Он повернулся к девушке и с печальным видом сообщил:
– У Джека недавно умер отец.
Она вздохнула:
– Бедняжка!
– Ему нужно выговориться, – намекнул Чад.
Джек был у себя в комнате. Рядом сидела девушка, которую, как оказалось, звали Мэнди, и держала его за руку, а он обнимал ее – и все против своей воли. Казалось, его тело двигалось самостоятельно, а мысли были где-то далеко. Когда пришли слезы – горячие, громкие всхлипывания, которые пробили его внешнюю броню, – Мэнди еще крепче прижала его к себе и погладила по голове.
– Мне так жаль… – с трудом произнес Джек. – Правда, очень жаль.
В это мгновение он подумал о Розе. Потом о девушке, с которой переспал в ночь, когда умер отец. Интересно, где она сейчас и что будет вспоминать о том вечере, когда все игроки команды уже давно о нем забудут? Подумал, что приюты его матери переполнены женщинами, которые не знают, как себе помочь.
Если он в следующий миг умрет, то что после себя оставит?
Джек поставил Мэнди на ноги.
– Идем, – негромко велел он.
Они прошли через гостиную, и все удивленно посмотрели на них.
У двери Джек поднес ее руку к губам и поцеловал.
– Иди домой и сделай вид, что никогда сюда не приходила.
Чад выругался громко и витиевато. Джек прислушался к звуку удаляющихся шагов. Таких легких, словно снежинки, и таких же бесшумных, но они отдавались грохотом в его душе.
– Господи! – заорал Чад, как только Джек обернулся. – Как ты мог?
«А разве я мог по-другому?» – подумал Джек.
Кровь на рубашке потерпевшей явно принадлежала подозреваемому.
Мэтт почувствовал, как губы невольно растягиваются в улыбке.
– Я так и знал, – пробормотал он.
По просьбе Фрэнки они встретились в ресторанчике в стиле пятидесятых годов. Сидели за столиком на улице под большим зеленым зонтом, пока официантки с прикрепленными на ремнях кошельками для сдачи раскатывали на роликах, принимая заказы у других клиентов.
Криминалист взглянула на Мэтта.
– Понимаю, что тебе не терпится узнать… На внутренней стороне бедра есть следы спермы.
– Да!
От радости Мэтт стукнул кулаком по столу. Дела об изнасиловании без анализа ДНК выиграть почти невозможно.
– Дай закончу, – дернула подбородком Фрэнки. – Что тебе известно о ДНК?
– Несмотря на ДНК, О. Джей Симпсона [xv]засадить не удалось.
– А еще?
– Ну… благодаря ДНК у меня десять пальцев, – ответил Мэтт.
– И, вне всякого сомнения, острый как бритва язык, – сухо заметила Фрэнки. – У тебя в школе была биология?
– Я «ремесленник от пера», а не ученый.
– Ладно, слушай основы генетики. Ты унаследовал все от отца или матери. Она наделила тебя одним геном, аллелем, отец – другим… Именно поэтому у тебя голубые глаза, крепкие зубы и большие мочки ушей.
– И бездна обаяния, – добавил Мэтт.
– Что ж, иногда природа бывает несправедлива! – отрезала Фрэнки. – В любом случае все эти черты заложены в молекуле ДНК длиной в метр восемьдесят. Но для криминалистики неважно, какие у тебя мочки. Поэтому я исследовала восемь областей, о которых обыватель и понятия не имеет, например TROX или CSF1 Р0. У каждого человека свой «тип» в этих областях – две разновидности гена, один от матери, второй от отца.
Мэтт кивнул и взглянул на результаты анализа.
– В ряду, обозначенном цифрой 100, – результаты анализа образца крови потерпевшей. Следующий ряд, 200, – результаты анализа образца крови подозреваемого. Это стандарт, то есть установленный образец, с которым мы будем сравнивать все остальное. Цифры в каждой клетке – это аллели, обнаруженные в различных местах на молекуле ДНК. Как видим, молекула ДНК, выделенная из пятна крови на рубашке, полностью совпадает с ДНК подозреваемого.
– Пока, – заверил Мэтт, – все понятно.
– Отлично! Потому что с частичками, обнаруженными под ногтями, немного другая история. Там найдены как частички кожи потерпевшей, так и частички кожи, которые ей не принадлежат.
– Некая смесь? – уточнил Мэтт.
– Именно! Видишь, некоторые числа есть и в образцах потерпевшей, и в образцах подозреваемого.
– Поэтому они и даны в скобках?
