– Слу-у-ушай! – приятно поразилась Юлька, от избытка чувств всплеснув сломанной рукой. И тут же прижала правую ладонь к левой груди, не позволив разрезанному термокомбезу соскользнуть ниже, чем следует. – И не больно совсем! Я, кажется, даже пользоваться ей могу!
– Только если не тянуть и не толкать, – предостерег я спутницу. – А так да, теперь можешь спокойно все подряд задевать. А гипсом и прибить кого-нибудь при случае.
– Отлично! – обрадовалась та. – Тогда я в душ!
– Как пожелаешь! – поднялся я с табуретки.
– Болтнев, а ты куда?! – удивилась Юлька. – А мне помочь?
– Сама разденешься, у нас слуг нет, – отрезал я. – А я пойду на предмет пожрать соображу что-нибудь.
– Ну и как хочешь! – с неким даже сожалением протянула девица. – Тоже мне, кавалер!
– Не считаю достойным пользоваться девичьей слабостью! – демонстративно повернулся я к Юльке спиной.
Некоторое время та молча сопела, возясь с застежками и прочими деталями туалета, потом зашуршала скафандром и термокомбезом и, наконец, скрылась в душевой кабинке, с избыточным, на мой взгляд, усилием закрыв дверцу. Откровенно говоря, приложила от души, хе-хе. И только тогда я позволил себе повернуться и с сожалением вздохнуть – выпуклости у Юльки все же весьма соблазнительные…
Впрочем, выйти в холодильное отделение я не успел – снова зашуршала дверца душевой кабинки, и из нее почти по пояс высунулась Юлька, бессовестно вывалив те самые соблазнительные выпуклости:
– Болтнев, блин! Ты вообще намеков не понимаешь?! Иди сюда, говорю!
– Уверена?
– Более чем! Сам же говорил, что у меня стресс! А от него нужно лекарство! Так что хватит из себя корчить долбаного рыцаря!
– Я ж по…
– Потом пожрешь! Лезь сюда, говорю!
– Ладно, – вздохнул я, покорившись судьбе-злодейке.
Один хрен этого было не избежать, что бы мы там себе ни напридумывали. Опять же, душ и мне не помешает…
– Болтнев!
– Что?!
– Пистолет-то куда?! Совсем дурак, что ли?!
– А я за безопасный секс, дорогая!
…все-таки зря я вредничал и изображал оскорбленную невинность. Не мое это. Дают – бери. Бьют – беги. Вот единственно верный императив. И особенно в отношениях со слабым полом, хе-хе.
Спрашиваете, с чего бы я пришел к этому выводу? Да был повод, как вы уже догадались. Предыдущие… ну, не полчаса, конечно, но добрых минут двадцать прошли весьма активно и довольно шумно – как говорится, в тесноте да не в обиде. Плюс сломанная рука Юльки… поневоле пришлось в фантазиях ограничиться. И да, какое-то время потратили, задействовав душевую кабинку по прямому назначению: да-да, мы реально помылись. Естественно, уже после того, как я разоблачился и влез внутрь, разом потеснив боевую подругу. Да еще не сразу сообразил, куда верный «кольт» пристроить – тот всюду мешался. Благо воды не боится, и то хлеб, так что, по размышлению, сунул его на полочку с мыльно-рыльными принадлежностями, доставшимися в наследство от предыдущих обитателей лабаза. Ну а потом уже отмазываться решительно не получилось – все поводы были исчерпаны. В итоге пришлось поддаться девичьим чарам и отдаться ее же инициативе. Впрочем, о последнем я ничуть не жалел – Юлька в этом деле оказалась весьма сведуща. Ну и раскрепощена соответствующе. И вот теперь, опустошенные как физически, так и морально, мы просто стояли под душем в обнимку и наслаждались покоем и умиротворением.
Кстати, просто стоять в обнимку под теплыми струями гораздо удобнее, чем… ну, вы поняли. Зато далеко не так приятно, хе-хе. И мысли всякие в голову лезут… несвоевременные. И шум еще этот странный… то ли лязг, то ли падение чего-то довольно массивного… или все сразу… шум?! М-мать! Хоть бы Макс, хоть бы Макс!
– Что, Никит?! – почему-то шепотом вскрикнула Юлька, когда я потянулся за пистолетом.
– Показалось, скорее всего, – неуверенно мотнул я головой. Аккуратно развернулся, отодвинув девицу к себе за спину, и взялся левой рукой за дверцу кабинки. – Но проверить не помешает…
