Впрочем, ни контролить «зубастика», ни тем более соваться в холодильное отделение я не стал, первым делом метнувшись к куче снаряги между медицинским шкафчиком и шконкой. «Калаш», может, и менее поворотистый в тесных коридорах, но зато гарантированно шьет любую зверюгу насквозь, причем вне зависимости от места попадания – проверено на практике, одобрено «Альфа-взводом». И вот только теперь, передернув затвор и удостоверившись, что патрон в патроннике, я метнулся к двери в «холодильник». Прикрыть мы ее не удосужились, наоборот, еще прежние хозяева соорудили на стенке защелку, чтобы без толку створкой не грохать, так что соседнее помещение было доступно взгляду сразу же, стоило лишь приблизиться к проему. И, слава богу, абсолютно пустое помещение! Из неправильного только светлый прямоугольник на полу под решетчатым люком, да, судя по положению рукояток, разомкнутые фиксаторы. Все-таки накаркала Юлька! Умудрился зверь люк отпереть… Но как?! Черт возьми, Холмс, как?! Это же зверь! Ну ладно, один фиксатор он мог чисто случайно сдернуть. Ну, теоретически. Но смысл в том, что для разблокировки люка их нужно повернуть одновременно! Для человека знающего это никакого труда не составляет, но для животного?.. Вот что хотите говорите, но не верю!
Тем не менее очередной когнитивный диссонанс не помешал мне повесить автомат за спину и метнуться резвым кабанчиком к коробу, благо больше никаких угроз поблизости не обнаружилось. В любом случае требовалось как можно скорее перекрыть единственный путь доступа в наше убежище, что я и проделал, с изрядным усилием вернув фиксаторы в исходное положение. А еще ненадолго прислушался – что там, снаружи? Но нет, вроде тихо… Впрочем, не исключено, что я за звоном ничего не слышу. С другой стороны, теней тоже нет – кроме моей собственной, разумеется. А на стене лючок «зубастик» сковырнул, к гадалке не ходи. Впрочем, плевать! Есть дела поважнее – одеться, к примеру. И обуться. Потому что голым и босым, натурально тряся му… кхм, мужским достоинством, по гулкому «холодильнику» со стылым кафелем под ногами перемещаться то еще удовольствие!
Снова переместив «калаш» в боевое положение, я осторожно сунулся в подсобку. Дым от выстрелов, вопреки моим опасениям, уже почти рассеялся, но воняло все равно отчаянно. Но это и хорошо, на этом фоне дохлятину не почуем. А в том, что «зубастик» абсолютная дохлятина, я удостоверился окончательно и бесповоротно – вряд ли хоть кто-то выживет, если ему сунут ствол в ухо и засадят прямо в мозг пулю калибра семь шестьдесят два! Ну да, грохнуло, лязгнуло рикошетом, плеснуло кровищей, клочьями шерсти и осколками костей с другой стороны морды, но зато теперь я спокоен. Ну а то, что бардак развел конкретный, так это дело поправимое. В конце концов, и в холодильном отделении можно время скоротать!
– Вот это ты изверг, Болтнев! – с каким-то болезненным восхищением протянула Юлька, высунув любопытную мордочку из приоткрытой дверцы кабинки. – Мерзость же!
– Не смотри, – довольно равнодушно среагировал я. – Но на твоем месте я бы привыкал. Как ты там говорила? Брутальность? Вот, даже с излишком! – пнул я «зубастика» в бочину.
Правда, не очень сильно, памятуя об отсутствии ботинок.
– Ну, Ники-и-ит, я же не думала, что все вот так… – начала было Юлька и вдруг азартно вскрикнула: – Лови ее! Уйдет!
Поскольку в таких случаях жизнь уже давно приучила меня сначала действовать и только потом спрашивать, кого именно ловить, мне хватило одного лишь Юлькиного взгляда, чтобы моментально локализовать… какую-то то ли букашку, то ли ящерку, выбравшуюся из ноздри убиенного «зубастика». А вот дальше пришлось догонять – тварюшка оказалась довольно шустрой. Опять же, изначально я вознамерился было придавить ее пяткой, но быстро сообразил, что это далеко не лучший вариант, и долбанул затыльником приклада. Да, видно, не рассчитал усилия – из-под черного пластика только брызги полетели…
– Ну и на фига?! – укоризненно уставилась на меня спутница. – Живьем брать надо было!
– Паразита? – с ироничным прищуром покосился я на репортершу. – Голыми руками? Ну-ну… поверь моему опыту, Юль, некоторые «альфы» и на меньшем сливались. Вплоть до летального исхода.
– Все равно мог бы и поаккуратней! – и не подумала угомониться журналистка. – Все бы вам, военным, лишь бы ломать и крушить! А доказательства кто собирать будет? Пушкин?! Отвернись, я выйду!
– Ой, да что я там не видел! – буркнул я, но просьбу девушки все-таки выполнил.
