И это, кстати, было чем-то новым. Бояться не за собственную жизнь, а за судьбу всего Племени! Эмоция оказалась настолько сильной и всеподавляющей, что Дикий на несколько ходов впал в ступор, безучастно наблюдая за мельтешением строк кода на проекционном дисплее выносного модуля Толкователя. Потом откуда-то из глубин подсознания поднялась волна всесокрушающего гнева, но не затуманила разум, как можно было ожидать, а вынудила Дикого взять себя в руки. Именно тогда он попытался замаскировать Анализатор под Ноосферу, но быстро убедился в бесполезности этой затеи. Ну а дальше ему и вовсе оставалось только ждать, надеясь исключительно на вычислительную мощь Артефакта. Которая, как показала практика, медленно, но верно пасовала перед изобретательностью Мягкого Мяса. А ведь напрямую против него действовал только один из врагов! Второй – если он вообще был – работал… пожалуй, тут бы подошло еще одно словечко из лексикона Пытливого – филигранно. Точечные, почти незаметные, но крайне своевременные и предельно результативные «уколы», причем направленные сразу и против Дикого, и против его оппонента. Такое ощущение, что этот третий даже более опытный, чем оппонент с Диким, вместе взятые. Если не в программировании и способности к адаптации, то уж точно в умении действовать исподволь, двигаться по обходным путям и достигать результата при минимуме затрат – что временны́х, что вычислительных. Да что там говорить, если Дикий до сих пор не уверен в его реальности?! В отличие от первого – тот тоже не считал нужным скрываться. Но не по причине самоуверенности, а на правах хозяина: все-таки сенсорное поле, породившее нейросеть, принадлежит именно ему. Вернее, не сами приборы, а то виртуальное пространство, что из них формируется. Пожалуй, Дикий бы тоже взбесился, если бы в его собственную сетку кто-то вломился столь же бесцеремонно. Но… Дикий такого просто не ожидал, поскольку привык к тотальному – и даже подавляющему – превосходству Анализатора над любыми гибридами информационных технологий Мягкого Мяса и Предтеч. И, в конце концов, нарвался, заодно убедившись в истинности еще одного изречения Рассудительного: всегда найдется кто-то, способный победить даже самого прославленного Охотника. Это всего лишь вопрос времени и личной удачливости. Как выяснилось, и одно, и другое Дикий исчерпал довольно быстро. И поэтому временами едва сдерживал рык бессильной ярости. Загадочный оппонент из числа Мягкого Мяса заставлял и бояться, и ненавидеть себя одновременно! То есть очередной новый спектр эмоций – такого Дикий доселе никогда не испытывал. Тех же Старейшин все боялись и уважали. Врагов, как правило, ненавидели. Ну а как еще к ним относиться, если они Враги?! Ну а пустобрехов-Сказителей (не всех, но некоторых) просто ненавидели, но даже и не думали бояться! Разве что опасались, но больше за собственную репутацию, чем за жизнь и здоровье. И вот, пожалуйста! Страх и ненависть рука об руку! Хотя… эти две эмоции по субъективным ощущениям Дикого очень даже сочетались. И серьезно мотивировали на решительные действия, позволявшие маскировать их под более благородную ярость. Только осознание этого факта и вынуждало Дикого мириться с реальностью. И он почти взял себя в руки и снова начал мыслить рационально… если бы не третье обстоятельство – уважение.
