– «Папа-Рино» «Рино-шестому» – отбой! – закруглил я базар в эфире. И переключился на общий канал, а заодно и на английский: – Внимание всем группам! Противник поддается визуальному обнаружению. Моделирование с сенсорного поля отключить, соблюдать предельную осторожность! Возможно нахождение в зоне ответственности еще до четырех групп комиллофлоров! Координаты… – я ненадолго отвлекся, еще раз мазнув взглядом по панораме, и в ручном режиме обозначил на тактической схеме потенциально опасные места, – смотрим на карте! Повторяю! Наблюдаем визуально, на сканеры не полагаемся! По обнаружении комиллофлоров немедленно докладывать! «Папа-Рино» всем – конец связи!
– Никит, – подергала меня за рукав Юлька.
– Чего?! – рыкнул я раздраженно.
У меня работы невпроворот, а тут еще на нее отвлекаться приходится! Какой работы, спрашиваете? Так известно какой: зря, что ли, я на верхотуру забрался? Наблюдать и координировать – вот основная моя текущая задача. Благо господствующая над местностью высота вполне это позволяет. Ну-ка, где тут моя… то есть Юлькина, камера? Какая все же здоровенная дура! Зато и сомнений больше никаких: вот они, красавчики! Все в точности, как Марк описывал: черные, лоснящиеся, с длинными гибкими (суставчатыми?!) хвостами и целым «цветком» щупалец на шее. Видимо, он и пробудил у колонистов смутные ассоциации, породившие в качестве названия монстра словесного. Кого-то они мне напоминают, вот только никак не вспомню, кого именно…
– Болтнев!
Ого! Смотрите-ка, разозлилась! Того и гляди на русский матерный перейдет с просто русского. Ладно, ладно, не с просто, а с раздраженного русского!
– Юль, отстань! Не до тебя!
– Скажи хоть, что делать-то?! – моментально сбавила тон моя спутница.
– А? – очнулся я. – Точно! Короче, ты пока отслеживай нашего косплеера… Ты же его из вида не упустила? Не упустила же?
– Да вроде нет… – не очень уверенно отозвалась репортерша. – Но он же под голограммой, как я его без камеры?
– Глазками, – пояснил я. – По демаскирующим признакам. Или слабо?
– Вот еще! – фыркнула журналистка.
– Ну тогда зум врубай в шлеме и отслеживай по мареву! – закруглил я импровизированный инструктаж. – Или, еще лучше, с настройками поиграйся – а ну как тоже сможешь по частотам в противофазу попасть?
– А ведь точно! – оживилась Юлька. – С «цифрой» посложнее, но тоже можно попробовать… А ты чем занят?
– «Зубастиков» палю, – отмахнулся я, одновременно локализуя – и визуально, и на тактической карте – вторую группу хищников. – «Рино-восьмой» «Папе-Рино»!
– На связи, господин лейтенант! – донесли динамики хриплый голос Бенгта Андерсона, меланхоличного и обманчиво заторможенного шведа.
– Лови координаты!
– Да, господин лейтенант.
– По обнаружении доложишь! Установить визуальный контакт, отслеживать перемещения! В случае агрессивного поведения открывать огонь на поражение! Все понял, Бенгт?
– Так точно, господин лейтенант!
Так, про этих можно забыть. Связка «Бенгт Андерсон – Стас Дубов», пожалуй, лучшая во всем отделении.
– Работай! – Второй пошел, но еще как минимум парочка осталась. Это если не считать того самого «косплеера», которого Юлька пасти должна. Ну да, а вот и еще зверюги – эти как бы даже не покрупнее. – «Рино-второй» «Папе-Рино»!
– На связи, герр лейтенант!
Олаф Хансен, соотечественник Агне. Надежен и несокрушим, как скала в норвежском фьорде. И напарник – Свен Эриксон – ему подстать, хоть и швед.
– Выдвигайтесь по координатам, при визуальном обнаружении противника доложить! Дальше вести дистанционно, на проявления агрессии стрелять на поражение. Как понял, «Рино-второй»?
– Понял вас, герр лейтенант.
– Работай!
Так, вроде бы еще один потенциально опасный район остался и примерно в том же секторе, что наводило на размышления. В том числе и чисто практические: кого озадачить? Из «тяжей» остались только мы с Егором Кудриным, который по штатному расписанию числился моим напарником, но сегодня по факту работал соло. А в одиночку его против здоровенных кошаков выпускать… такая себе затея, да. Особенно если учесть тот факт, что Егор – штатный «марксмен» отделения, то есть вооружен мощной и дальнобойной, но при этом не поражающей скорострельностью снайперской винтовкой СВЛК. Ладно, делать нечего, придется ему усиление выдать… Где тут у нас ближайшие «скауты»?..
– «Рино-первый» «Папе-Рино»!
– На связи, командир.
Вот за что его люблю и уважаю, так это за непоколебимую уверенность – в себе, в правоте своего дела, в «Альфа-взводе» в целом. Этакое ходячее воплощение оптимизма.
– Егор, проверь координаты. – С Кудриным тоже можно по-свойски, тем более если по-русски. – Там должны быть комиллофлоры, но один даже не суйся! Возьми с собой «Ингве», шестого и седьмого. Они как раз рядом. Бинь я сейчас предупрежу.
– Есть, командир.
– При обнаружении наблюдать и сопровождать дистанционно, на агрессию – бить на поражение, – закончил я инструктаж уже ставшей дежурной фразой. – «Папа-Рино» «Рино-первому» – конец связи. Ф-фух! Вроде всех озадачил… точно, Бинь!
– Ники-и-ит?..
