— Да вы в своём ли уме, лейтенант Болт⁈ Вы осознаёте, что натворили⁈ Плевать на технологию, плевать на наработки! Но подчиняться… ему⁈ — наставил Голдстейн дрожащий палец на мэра Хименеса. А потом ещё и вскочил на ноги, нависнув над градоначальником натуральной глыбой — и это при всей своей худобе! — Да это же всё он! Он предложил вариант с биологическим оружием! И своих же колонистов для испытаний! Он, лично, людей своих подставил! Найдите его досье, и вам очень многое станет ясно! Он ещё на Земле отличился, да так, что его мексиканские картели приговорили!
— Макс? — мельком глянул я на соратника.
— Не, Никитос, ничего похожего, — помотал головой тот. — Запрос на сервер корпов уже ушёл, но даже близко нет.
— Это конфиденциальная информация, тупицы! — снова взорвался Голдстейн. — Все переговоры шли исключительно приватно, не под запись! Здесь, у него в кабинете!
— А вы у него спросите, сеньор Болт, зачем это мне, — подал голос мэр.
— Действительно? — перевёл я вопросительный взгляд с градоначальника на корпа.
— У него власть из рук уплывает! Шериф Меркадо, того и гляди, подсидит! — выпалил Голдстейн. — Люди поддерживают шерифа, но у того нет выхода на меня. А у этого… этого… есть! Поэтому колонисты его и терпят! Вынужденно! Иначе с голоду передохнут все! Основные поставки продовольствия через нас идут! Но так до бесконечности продолжаться не может! Тот же Меркадо усиленно ищет подходы к руководству Корпорации, и рано или поздно найдёт, даже не сомневайтесь! Поэтому этой твари и понадобился более надёжный способ подчинения! И Мир Эндрюса для него только начало! Вы бы послушали его прожекты! Он реальный маньяк! Я такой жажды власти даже у собственных директоров не встречал!
Н-да… вот это из него эмоции прут! Если честно, я на такую реакцию как-то даже не рассчитывал. Думал, что корп покрепче духом, раз в начальство выбился. А оно вон как!
— А зачем тогда я вызвал «Альфа-корпус», если сам же всё это и затеял, сеньор Болт? — вперил в меня кристально честный взгляд мэр Хименес.
— Дайте угадаю, — задумался я, — шериф вынудил?
— Очень смешно, сеньор Болт! — показал мне большой палец мэр.
Что характерно, левый.
— У меня есть записи! Диктофонные, на плёнке! — взвизгнул Голдстейн, и сразу же закашлялся, схватившись за горло.
Фига се! Это он голос сорвал, что ли? Как говорится, вот это поворот! И подобное чувство, судя по воцарившейся в кабинете тишине, посетило не только меня одного. Впрочем, как это обычно и бывает, поражённое молчание надолго не затянулось — буквально через пару ударов сердца Голдстейн дёрнулся к Юльке, застывшей в опасной близости от корпа, и в тот же момент грянули два выстрела. А если учесть, что монструозный револьвер мэра напрочь заглушил чих штатного «кольта» «Альфа-корпуса», то и один — слившийся. Но по слуху всё равно хлестануло знатно, практически оглушив и надолго одарив звоном в ушах, поэтому звуки падения двух тел впечатления не произвели ни на кого, включая Эухенио. Но кошак в данном случае не показатель, он даже со стола порскнуть не соизволил. И если честно, я куда больше впечатлился дырой в левом виске мэра и довольно большим пятном крови вперемешку с осколками костей на стене-дисплее. И ма-а-аленьким таким отверстием по его центру.
Ну а потом время обрело нормальную скорость, и я довольно заторможенно сопроводил взглядом бездыханный труп мэра Хименеса, по какой-то неведомой причине сложившийся во всех сочленениях от колен до шеи, и изломанной куклой рухнувший рядом с креслом. Помотал сокрушённо головой и перевёл взгляд на Голдстейна — тот упал менее удачно, ударившись затылком о подлокотник, и теперь содрогался в агонии. Точно в агонии — с такой дырой в районе сердца не живут. Собственно, и корпа жизнь покидала, судя по всё более слабым толчкам хлещущей из раны крови…
Следующей мне на глаза попалась Юлька, впавшая в натуральный ступор, но зато целая и невредимая. Правда, изрядно шокированная. Я даже не поленился выпростаться из кресла, сунув так и не пущенный в ход пистолет обратно в кобуру — я его успел только схватить и вытянуть на свет божий, а вот прицелиться в мэра уже нет — и на ходу поинтересовавшись у Деда Максима:
— Ну и нафига⁈ У нас же теперь вообще ни одного обвиняемого нет!
— Справедливость, — невозмутимо пожал тот плечами и расслабленно опустил руку с кастомным «кольтом-нео», снаряжённым бронебойными патронами.
А чего, вы думаете, у мэра в виске дырочка такая аккуратная? Если бы я успел первым, то башку бы разнесло в куски, как гнилую тыкву. Экспансивная пуля, да ещё с такой дистанции, это вам не шутка.
— Ты как? — заботливо поинтересовался я, приблизившись к журналистке вплотную и приобняв её за талию.
— Да вашу ж мать, военные!!! — поражённо выдохнула та, округлив глаза. — Меня чуть кондратий не хватил! Предупреждать же надо! Вот ты гад, Болтнев!
Ну да, кто бы сомневался. Во всём виноват Никитос. Особенно у смазливых девиц, хе-хе!
— Да я сам в шоке, дорогая! — как на духу признался я. — Чего угодно ожидал, но чтобы такое⁈
