Они расплатись с долгами и купили очень хороший компьютер, который в то время стоил целое состояние, зато теперь Маргарита могла спокойно писать, о чем мечтала все последнее время.
Не знаю, помнила ли она о своем обещании однажды написать обо всех нас? Как клялась это сделать, когда каждого из нас жизнь уже наградит по заслугам и мы станем теми, кем станем? Когда наши иллюзии о нашем будущем растают как дым, став настоящим, в котором нет ничего, кроме правды о нас самих.
Помнила она это или нет, но Маргарита взялась за другое: один знакомый предложил ей написать женский роман, который он потом покажет издателю. Сроки написания были лимитированы, и это было воспринято Маргаритой как вызов, к тому же сумма гонорара была весьма солидной. В общем, она согласилась.
Пока Славик корпел над новым шедевром, Маргарита взялась за свой. Не прошло и недели, как роман был готов. Она и сама не ожидала от себя такой прыти, но, начав писать, просто не смогла остановиться, пока не поставила окончательную точку.
– Концовку нужно переписать, – передал ее знакомый слова издателя, после того как тот прочел ее творение. – А так все замечательно.
– Что значит «переписать»? – не поняла Маргарита.
– Понимаешь, у тебя концовка нелепая, будто придуманная, а нужна логично вытекающая из повествования. Именно такую и ждут люди, то бишь читатели, – терпеливо объяснил он ей.
– Да мне плевать, что ждут читатели! – взорвалась Маргарита. – Причем тут они?
– Ну как же! Ты же пишешь жанровую прозу, а она живет лишь в границах, определенных жанром. Не нужно из них выходить, и тогда, солнышко, все у тебя сложится.
Снисходительный тон собеседника взбесил Маргариту так, что ей захотелось огреть его рукописью по голове. Никто не смел указывать, что ей делать.
– Ты можешь кое-что передать этому издателю? – еле сдерживаясь, спросила она.
– Конечно, – улыбнулся он.
– Передай ему, чтобы он шел в жопу!
На этом карьера писателя женских романов для Маргариты закончилась. Зато у Святослава все складывалось великолепно – его работы шли на ура, и все, кто их видел, приходили в восторг. Они продавались за очень большие деньги – тут Маргарита вполне могла гордиться своим творением.
Надо сказать, что ребята всегда скучали по тому району, где раньше была квартира Святослава, и мечтали когда-нибудь туда переехать. Думаю, дело тут было не в районе – им обоим казалось, что можно вернуть те времена, когда они были действительно счастливы. И вот в погоне за ушедшим они задумали переезд и уже через полгода справляли новоселье.
Квартира была хорошая, Святославу пришлось немало доплатить, чтобы все сложилось. Они оба были очень рады, да и дочери Сашеньке все тут нравилось. Единственно, чего не хватало для полноты картины, – это сестры Славика, которую я предложил поселить у них.
– Тебе не хватает его сестры? – сказала Маргарита. – А вот лично меня уже достали его шлюхи!
– Он продолжает водить шлюх? – удивился я.
– Ну, может быть, они и не шлюхи и дают только ему, но их много и все время разные!
– А с тобой? Вы занимаетесь сексом?
– У меня уже полгода не было секса! Хоть бы ты меня поимел, что ли, друх!
Маргарита и правда была похожа на кошку во время течки. Было невыносимо смотреть, как она страдает, но что я мог поделать? Те годы, когда мы могли спокойно переспать, при этом не обижая никого, остались позади, все стало намного сложнее. Да и что бы нам дал этот секс?
Но нужно было совсем не знать Маргариту, чтобы так долго испытывать ее терпение. Она, как любая муза, не выносила безразличного отношения к себе. Через какое-то время я обнаружил в их квартире еще одного парня, который в тапочках и тренировочных штанах сидел на диване.
– Аркадий, – представился он, протянув руку.
– Это кто? – спросил я у Славика.
– Он теперь живет у нас, – мрачно ответил тот. – Как это?
– Вот так.
Оказалось, Маргарита нашла этого парня у какой-то своей знакомой, которая страдала экземой кожи, и Аркадий в качестве платы за проживание каждый день натирал ее с ног до головы вонючим кремом. Ему негде было жить, и Маргарита, задумав его спасти, заодно решила кое-какие свои проблемы.
Аркадий был добродушным и простым в общении, похожим на тех людей, кто все схватывает на лету. Говоря с вами уважительно, он не мог скрыть легкого налета панибратства, какой остается у тех, кто долгое время вертелся в каких-либо коммунах: жил в общежитии или водил компанию с неформалами.
– Представляешь, прихожу домой, а они в ванной развлекаются, – рассказывал мне Славик. – А мне что, руки на кухне мыть?
– Ну, зашел бы в ванную, помыл там, – пожимал я плечами. Как будто ему было впервые заниматься любовью втроем.
– Как ты себе это представляешь?
– Так ты ревнуешь?
– Нет. Просто он живет в моей квартире.
Да, дело было только в этом. Если раньше их половые партнеры приходили и уходили, то новый парень Маргариты жил в квартире постоянно – вот в чем была проблема. И, кроме того что спал с его женой, еще носил его обувь и ел продукты, купленные на его деньги.
