- Ну... Кто-то обязательно есть. – Дверцы лифта разъехались, и пиар-агентство в полном составе вывалилось в коридор понаблюдать за нашим убытием. - С тобой, конечно, времени на посиделки у нее не было, но заниматься пиаром в одиночку Лиза не могла.
Все еще не отошедший от теплой встречи в агентстве, я вначале пропустил эти слова мимо ушей. О подругах Лиза никогда и не заикалась, а на коллег мы сейчас вдоволь насмотрелись. Однако, когда наш лифт опустился на первый этаж, вместе с коротким "дзынь" вспомнился выкрашенный в зеленый цвет туалет и толпа красавиц, штурмующая фотостудию.
***
Лиза.
Город любви встретил меня ярким солнцем, шумной многоголосой толпой и улыбками. Раньше я, как полоумная, улыбалась всем в ответ. Стоило пересечься взглядом с кем-то улыбающимся, уголки губ вечно сами разъезжались в стороны.
Но сегодня в каждом светящемся счастьем лице, в каждой целующейся парочке я видела себя прежнюю. Сочинскую потерявшую всякий страх Лизу. И вместо улыбки на глаза наворачивались слезы.
Дурацкая плаксивость. Глупая моя голова. Несчастное сердце. Невыплаканных слез собралось уже столько, что не запрети Карабас реветь до встречи с клиентом, я бы, наверное, устроила филиал Мертвого моря у себя в квартире. Соседка, немолодая учительница русского, точно прибежала бы на разведку. А узнай о слезах подруги - весь дом превратился бы в штаб боевых действий.
А еще сегодня был первый день без Ника. Я сходу не могла даже вспомнить, какой нынче день недели. "Понедельники", "вторники", "среды" - все эти слова вдруг перестали что-то значить. Ника не было, и день недели превратился в "первый". Завтра на смену ему придет "второй", потом "третий", и так, судя по всему, будет длиться, пока не отболит.
Эх, если бы у меня был хоть один шанс не влюбиться. Отдать свое сердце черноморским закатам, наслаждаться только вкусным вином, бархатным песком на пляже и соленым ароматом моря... Вбирать в себя красоту каждой клеточкой, кроме сердца. Глупое канареечное счастье. Простое. Мелкое, как лужица, и безопасное.
Пока такси везло меня по городу, я настолько увязла в невеселых мыслях, что у гостиницы с трудом заставила себя собраться и подготовиться к работе. Карабасу легко было говорить, что клиент должен получить адекватного пиар-менеджера. Клиент, конечно, имел на это право. Только как же сложно оказалось оставаться адекватной.
Уже в гостинице волевым усилием я запретила себе даже думать о Нике. "Собранность, внимательность к деталям и профессионализм", - как мантру повторила лозунг пиар-агентства и, постучав в дверь оккупированного клиентом люкса, двинулась навстречу трудовому подвигу.
Как оказалось, в любви к незапертым номерам геи ничем не отличались от натуралов. Ручка мягко, с тихим щелчком опустилась вниз, дверь отворилась без скрипа, и солнечный свет из зашторенного окна окутал меня персиково-желтым туманом.
Переход от ярко освещенного коридора в номер оказался таким контрастным, что на миг я замешкалась. Наверное, именно это и стало причиной, почему сразу не заметила самое главное.
- Бонжур, - из глубины комнаты послышался бархатный женский голос.
Сощурившись, я увидела за столом у окна изящную брюнетку, которая если и была на кого похожа, так на богиню красоты, и уж точно не на моего клиента.
- Я, вероятно, ошиблась номером, - пятясь с чемоданом, как краб-инвалид, я двинулась назад в сторону двери.
- Зависит от того, в чей номер Вы хотели попасть, - несмотря на внешность рафинированной француженки, красавица ответила на чистом русском.
- Эм… - я резко затормозила. Конечно не все "наши" в бархатный сезон довольствовались Сочи, но для совпадения все же было странно. – Я пиар-менеджер Елизавета Романова. Мне сказали, что в этом номере проживает Эдуард Счастный.
Богиня поднесла ко рту ложечку с чем-то белым и, проглотив без всякого видимого удовольствия, произнесла:
- Заниматься пиаром уже немного поздновато, но дверью Вы не ошиблись.
- Так это его номер? – моя сообразительность сегодня оставляла желать лучшего.
- Да.
Возможно, мне показалось, но на пухлых губах моей визави промелькнула тень улыбки. Царской, многозначительной и очень знакомой…
- А вы случайно… - мозг заработал как суперкомпьютер, силясь вспомнить, где могла видеть эту женщину. Телевидение – нет. Обложки журналов – возможно. Блоги – очень может быть. Но все не то… В досье клиента о дамах не было написано ни строчки. Кто-то явно спешил, собирая информацию, и теперь за промашку этого "собирателя" хотелось немножко придушить.
- Жанна Орлова, - идеальная шоколадная бровь изогнулась, и насмешливый взгляд подсказал, что мои мысли читаются как открытая книга.
От досады хотелось сквозь землю провалиться. Не узнать скандально известную радиоведущую, которую уже несколько лет пытался сманить к себе то один, то другой канал – профессионализм и внимательность хромали на обе ноги, а ведь я еще даже не добралась до клиента.
- И Вы подруга Эдуарда? – стараясь не падать духом, я припарковала в углу свой чемодан и наконец прошла вглубь просторной гостиной.
