Немного истории: неолиберализм является прямым продуктом слияния в 90-х годах XX-го века двух детей либерализма, двух противоборствовавших систем — коммунизма и капитализма. Но начнем сначала. После того как веселые греко-римские боги, предававшиеся промискуитету и пьянству, не выдержали конкуренции с Христом, христианство надолго заняло нишу ведущей религии западного полушария. Веками оно добротно служило своим целям, но лишь до тех пор, пока наука не развернула против него батареи рациональной критики. Начиная со второй половины XVIII века и далее, в течении XIX-го, христианство нехотя, но бесповоротно сдавало позиции, отступая перед натиском более прогрессивных теорий: просвещения и либерализма. После объявления германским философом Ницше смерти Бога в конце XIX века, христианство, вкупе с Богом, Любовью и Чудом, отправилось исполнять лебединую песню на свалке истории. К началу XX века в короли дискурса выбились социалистические и либеральные теории, а в 1917 году либерализм раскололся на две враждующие группировки: радикальный советский коммунизм на востоке и умеренный капиталистический либерализм на западе, быстро, но временно, эволюционировавший в фашизм.
Советский коммунизм представлял собой материалистическую теократическую религию, в основе которой лежала вера в коммунизм. Никто не видел коммунизма, но в него верили и готовы были умирать ради него. Коммунизм играл роль бога — недосягаемого и бесконечно доброго бога, раздающего цветы благосостояния своим детям. Цель коммунизма была заявлена самая альтруистическая — всеобщее равенство и процветание, от каждого по способностям, каждому по потребностям. Социальное неравенство, как корень зла, должно было исчезнуть. Коммунизм обречен был стать идеальной коллективистской системой, в которой люди в едином братском порыве живут страной-комунной, ежечасно творя добро, а каждый член общества рьяно и бескорыстно вносит свой вклад в общее дело. Частная собственность отменили за ненадобностью. Задача организовать этот рай ложилась на государство, таким образом, при коммунизме государству доверялась роль брокера благ.
