Апостольская жизнь не бывает без труда, боли, мученичества. Чем хвалились апостолы Павел и Петр, да и вообще все апостолы? Ничем иным, как тысячами смертей, которые они претерпели ради Христа, опасностями, гонениями, принесением себя в жертву. Они каждый день умирали (см. 1 Кор. 15, 31; 2 Кор. 11, 23; 1 Пет. 2, 21). Никто из апостолов не доказывал свое апостольство чудотворениями. Не было конца их страданиям ради Христа, и эти муки они ставили выше простой веры в Бога. Именно поэтому апостол Павел утверждал: «Бог дал нам право не только уверовать в Него, но и, прежде всего, пострадать ради Него» (см. Флп. 1, 29) [3, 129].
Монашеское жительство — это совершенство, которое невозможно разложить на составляющие: это совершенство простоты. Совершенными делает нас Дух Святой, Сам Бог, лишь бы у нас была апостольская ревность [3, 77].
Житие преподобного Нила Калабрийского дает нам замечательную возможность взглянуть на себя. Единственное, чего ждет от нас Бог, чего ожидает от нас и игумен, как от своих духовных чад, это того, чтобы монастырь и Церковь наполнились людьми, проникнутыми апостольским духом. Будем же молить Бога о том, чтобы Он сподобил нас стяжать апостольский дух, соделал нас апостолами, и тогда мы, даже не осознавая, как это произошло, преисполнимся славы Божией. Ведь Господь дарует нам Свое Царство не за наши молитвы, бдения и другие подвиги. Он дарует нам его, если мы сохраним в себе образ Божий незапятнанным и с апостольским самоотвержением предадим себя в руки Божии.
Преподобного Нила отличало то, что он старался подражать подвигам тех святых, жития которых читал, жил их жизнью. Он был человеком многосторонним, смелым, полным жизненной энергии. Он слагал в своем сердце все то доброе, что находил у святых, и подражал им всем. Будем и мы подражать жизни святых, хотя бы одного [3, 75–76].
☾
Преподобный Антоний Великий, подвижник IV века, так поучал своих монахов: «Совершай молитву ночью, прежде чем пойти в церковь». Такую молитву мы называем правилом и совершаем ее либо вечером, как только придем к себе в келью после повечерия, либо ночью — около полуночи или чуть раньше полуночи — вплоть до времени богослужения. Из двух этих видов правила предпочтительнее, утверждает святой, утреннее, ночное. При таком правиле Бог скорее нас благословляет. В полночь весь мир находится в состоянии тревоги, в борьбе, в схватке с бесовскими силами. Эти часы менее всего подходят для сна и более всего — для того, чтобы вступать в общение с Богом и воспринимать благословение Божие. Если ты, встав с кровати, сразу же пойдешь в церковь, то и службы не поймешь, и молитва твоя не поднимется выше уст, Бог не заметит твоего присутствия в церкви. Человеку требуется по крайней мере два часа, чтобы вполне пробудиться, чтобы согрелось его сердце и чтобы потом он мог выйти из кельи и пойти в храм как на небо. К этому должны привыкнуть все мы. Будем вставать утром как можно раньше — и тогда у нашего сердца появятся крылья для богослужения и участие в нем будет полноценным. Иначе нас еще и повлекут вслед за собой демоны, потому что будут знать, что служба пройдет для нас даром.
Прекраснейший обычай — вставать ночью. Давайте полюбим ночное правило, потому что оно подготавливает ум и сердце к службе. Служба требует напряжения со стороны человека, чтобы он осознал ее как наиболее полное выражение присутствия Бога в Церкви. А мы не успеваем ни пробудиться как следует, в особенности когда утренняя служба непродолжительна, ни понять службу, ни насытиться ею, если заранее не приобрели необходимой для этого теплоты [2, 61–63].
Самым удобным временем для бдения являются полночь или следующие за ней часы. Продолжить день бдением очень легко. Так поступают и студенты, и школьники, и преподаватели, и руководители предприятий, и рабочие. Так делает весь мир. Идешь и ты бок о бок с мирским рабочим людом или студенчеством, вместе со своими старыми друзьями. Однако людям церковным больше подходит то время, которое наступает «после». Труднее встать ночью, выбраться из-под одеяла, особенно зимой, когда слышно, как свистит ветер, как он бьется в окно. И однако, один час бдения доступен для всех, даже для увечных и тех, кому недостает ума. Давайте отдадим Богу нашу полночь — это лучше всего. Конечно, многое зависит от нашего образа жизни и от места, где мы находимся, но давайте приложим усилие.
