Иных, глупых, откармливали, выхаживали, и… будут кому-то новые сапоги и или ремень.
Аран не уставал твердить о милосердии, но когда дело касалось этих живодёров, всё светлое, доброе в нём уходило на второй план — в первую очередь надо было заботиться о благополучии Гнезда, а дабы восстановить справедливость надо было заставить Охотников заплатить. Кровь за кровь, это извечный закон всего живого.
— Корабли новой конструкции — устойчивое к драконьему пламени вооружение, корпус обитый металлом. Предположительно, они идут через наши воды на свою базу. Попыток напасть на выступавших в роли приманки Патрульных они не предприняли, — доложил Алор, правильно уловив настроение вожака и решив не раздражать его своими ехидными комментариями.
— Значит, все клетки заполнены… — задумчиво протянул Аран.
Это было и хорошо, и плохо одновременно.
Когда клетки были заполнены, Охотники, как верно подмечено Алором, не нападали на встреченных по пути драконов, справедливо считая, что лучшее враг хорошего и излишняя жадность никого до добра не доводила.
Но это же значило и то, что надо будет спасать драконов из плена, а это всегда риск…
Тем более, что далеко не всегда узники благодарили своих спасителей. Если они были родом из враждебных Гнезду стай, то пленённые драконы могли и, потеряв всякий разум, наброситься на своих освободителей.
Остров Тал’ши — самая-самая граница территорий его стаи (к слову, невероятно обширных по меркам местных гнездовий), были бы корабли замечены чуть западнее, и Аран со спокойной душой мог бы и не вмешиваться. Проблемы стаи Кривого Клыка, отказавшегося входить под защиту Гнезда, — это проблемы только этой стаи. Особенно, когда эта стая, пусть и малочисленная, регулярно доставляла неприятности, нападая порой на Патрульных.
Наверняка пойманные драконы как раз из той стаи.
Но раз караван Охотников попал на территорию Гнезда Драконьего Края, то Аран будет в своем праве, если прикажет нескольким отрядам атаковать врага.
— Значит. Что будем делать? Тут напором не пройдёшь — собьют, да и только.
Алор был прав — «тактика викингов» тут совсем неприменима. Необходимы были хитрость и скрытность. А кто отличается этими качествами?
— Будем действовать по отработанной схеме.
Вот именно, больше всех — Ночные Фурии.
— Своих освобождать, даже самых слабых и немощных, пленных не брать, суда затопить? — переспросил, на всякий случай Алор.
«Своих»… Алор никогда не делил драконов по стаям. Он с тем же рвением бросится спасать детёнышей из чужого Гнезда. И это качество Арану в его бессменном помощнике очень нравилось.
— Надо будет к Мале наведаться, обсудить План. Конечно, это противоречит моим личным убеждениям, но здесь на кону стоит гораздо больше, чем моя чистая совесть. Когда одним превентивным ударом можно спасти в перспективе тысячи жизней… и тысячи умов.
Проблема попавших хоть раз в плен драконов была даже не в том, что их зачастую сильно ранили и за агрессию могли и убить, а в том, что они, даже будучи спасёнными, зачастую сходили с ума.
Становились гораздо более агрессивными, свободолюбивыми и, сбиваясь в свои собственные маленькие стаи, нападали на любые суда и поселения людей, разжигая у тех ещё большую ненависть и заставляя их нападать.
Замкнутый круг.
Таких жертв человеческого насилия, конечно, можно было исцелить. Да, это заняло бы очень много времени, но по факту — это было возможно, но только если сами пострадавшие признавали собственное безумие, а это пара спасённых на сотню остальных…
Гораздо милосерднее было бы просто сразу добить таких жертв. Ведь именно они были причиной многих других бессмысленных смертей.
Дикие.
Так их называли.
Полностью потерявшие разум, идущие на поводу у примитивнейших инстинктов.
К слову, простые торговые суда свободно могли ходить по территориям, принадлежащим Гнезду Драконьего Края. Ведь Патрульные внимательно следили, чтобы никто не смел нападать на корабли, и особенно Дикие.
А План…
Они с Малой давно уже хотели найти главную базу Охотников и зачистить её. Конечно, многие мелкие базы охотников были уже давно обнаружены, и за ними уже достаточно продолжительное время велось постоянное наблюдение.
Но уничтожение этих поселений совершенно ничего бы не дало, только бы спугнуло Охотников, заставило бы их быть более внимательными. Дало бы им понять, откуда стоит ждать угрозу.
— Ты сильно повзрослел. Три года назад ты на это ни за что не согласился бы, — задумчиво заметил Алор.
— Три года назад я был как впервые вставший на крыло птенец — представление о своих возможностях есть, а осознания нет. Как нет и опыта, и навыков.
— Очень точное, к слову, сравнение.
Вновь повисло молчание.
Да, пять лет назад Аран и не подумал бы нападать на человеческий остров. Три года назад такая мысль пришла бы ему в голову, но он ни за что не согласился бы её воплощать. Сейчас, будучи ответственным за десять тысяч душ…
Ради их безопасности он был готов пойти на эту жертву. Он был готов отнять жизни у Охотников, дабы разорвать порочный круг.
— Ты где сейчас? — спохватился Аран.
