— Доволен? Просто знай, что если ты думал, будто меня обидят эти слова, ты ошибся, — гневно отчеканила Зоя. Карл посмотрел на нее. А она словно ощутила прилив сил — то, что не дал ей Айкен ночью, теперь она получила от Карла, от одного их сплетения взоров. И при этом, оба они были злы друг на друга.
— Черт бы тебя побрал, нет! Хочешь воображать себя не куклой — пожалуйста! Только не забудь посмотреть в зеркало и честно сознаться себе, кем ты стала. Ты не человек. Ты животное. Убиваешь, трахаешься — если хочешь.
— И не прощаю, — Зоя посмотрела на изгнанного принца в упор. — А вот ты перенял человеческую мораль. Даже, я бы сказала, христианскую. Да, люди меня осудили бы, если бы знали. Но Дворы — поддержали. Им такая философия знакома.
— В таком случае, я не хочу возвращаться во Дворы.
— А тебя туда и не пустят, — прошипела Зоя. — Ты омерзителен даже им. Ты слишком грязен.
Карл закрыл глаза. Слова девушки ранили и обжигали, как удар кнута. Зоя вздохнула, облизала губы.
— Не знаю, может быть, я просто не умею читать по лицам, но я смотрю в твои глаза, пытаюсь уловить хоть какое-нибудь выражение… И не вижу ничего.
Карл открыл было рот, намереваясь что-то ответить, но Зоя уже выходила из комнаты, только бормоча себе под нос «совершенно ничего».
Глаза полночные мне вызов злой метали…
Когда они начали одеваться и обвешиваться оружием, Зоя поймала себя на мысли, что их приготовления выглядят так похоже на то, что они с Айкеном делали каждый день, собираясь охотиться на броллаханов. Только теперь ставки выросли в несколько раз. И еще сзади стоял Карл — девушка спиной ощущала его присутствие. Как неловко! Он пробудил в ней прежние чувства, но Зоя не думала, что имеет право переметнуться к прежнему любовнику, находясь в отношениях с Айкеном. К тому же, она втравила смертного в эту войну, когда не дала два месяца назад уехать из Оттавы в Халл. Теперь ей следовало принять на себя ответственность за его жизнь, хотелось ей того или нет. И, тем более, хотелось ли это ему — его попытка показать себя лидером посредством более грубого секса, чем обычно, только разочаровала Зою. Магия не пробудилась, а значит, и высшие силы их союз на тот раз не благословили. Это при том, что теперь им пригодилась бы любая крупица волшебства и божьей благодати.
Чтобы как-то изгнать из головы мрачные мысли, Зоя повернулась к Айкену и шепнула:
— Рядом с тобой я готова сделать, что угодно, — она улыбнулась как можно уверенней. Она готовила эту фразу с середины лета, но теперь она прозвучала неуместно, в глубине души даже что-то шевельнулось, будто незаданный вопрос, но Зоя тряхнула головой: ерунда, она не переменилась к нему ни капельки. Так ведь?
Айкен расслабленно улыбнулся в ответ на слова девушки, будто давно ждал именно их.
— Ты хотела сказать, «ничего не боюсь»?
— Не совсем. Скорее, я согласна принять на свою участь, что угодно, если только ты будешь рядом.
— Не скрывай от него, — вклинился в разговор проходивший мимо Хэвен. — Это будет чертовски опасно.
— Да. Если честно, возможно, я делаю ужаснейшую ошибку.
Айкен развел руками.
— Что ж, в нашей жизни больше не осталось ничего безопасного.
Он был совершенно прав. Но раскаяния в его лице не читалось: взгляд сверкал лихим весельем, жаждой битвы. Айкен еще не знал, что ему на сей раз не придется вступать в бой.
Зоя рассовала пистолеты в кобуру.
— Не уверена, что у меня получится как следует ими воспользоваться, но…
Айкен улыбнулся, думая о чем-то своем.
— Когда у меня была невеста… Она была англичанка и стрелок от Бога.
— Сейчас я думаю, что уже была бы не против с ней увидеться, — сказала Зоя, выправляя лямку лифчика из-под кобуры. — Может быть, и научилась бы у нее чему полезному.
Айкен отвернулся, погруженный в невеселые воспоминания. Больше они не разговаривали, на всех них — четверых — разом нашло мрачное настроение. До самого места силы никто не проронил ни слова, все были поглощены своими мыслями, копались в памяти. Айкен, очевидно, вспоминал невесту (вряд ли кто-нибудь мог хотя бы близко угадать, что именно творилось в его голове), Карл думал о Дворах, а Зою изнутри раздирали то одни вспышки прошлого, то другие, перед глазами Дикой Охотой проносились видения прошлого, и все, как одно: бои, бои, бои. Одна схватка, другая… И каждой из них предшествовало именно такое путешествие на место битвы. А ведь я, пожалуй, люблю это, подумала Зоя, мало что нравится мне так, как этот путь. Волнует, словно шаги по доске над морем…
Но она не поделилась своими мыслями с напарниками, однако взгляд Хэвена позволял догадаться, что он чувствует то же самое.
