Зоя бродила по Халлу, не имея четкой цели. Выкурила две сигареты без особого удовольствия, зашла в торговый центр и прошла его насквозь, прогулялась мимо парка, некогда сыгравшего такую немаловажную роль в ее жизни… И все это — практически машинально. Снова в себя она пришла только когда рука ее на автомате коснулась гранитного холодного парапета. Как странно, подумала девушка, что я вышла на то место, на котором впервые дала волю своим чувствам к Айкену — дала по-настоящему. Они любовались закатом и бежали тогда под дождем…
Зоя остановилась на середине моста, глядя на реку, текущую внизу: медленно и тихо, как передвигаемая по столу гладкая шелковая лента. На мгновение ей показалось, что она снова в Румынии: болью кольнули сердце воспоминания о том времени. Она была одинока, но счастлива, вспомнила Зоя. Искала Карла, но была полностью «в себе», словно кроме их двоих не существовала никого на свете. И если уж пока они не вместе… Кто другой бы, наверное, страдал, а она была счастлива. Не так явно и мучительно она ощущала надобность в своем принце, как в Канаде.
Зоя покрутила в руках стаканчик с молочным коктейлем, который купила на улице десять минут назад. На трубочке остался вишневый след помады. Летом коктейль бы давно нагрелся, но сейчас, в ноябре, он был ровно той температуры, что и уличный воздух.
— Не слишком ли холодно для коктейлей?
Зоя не обернулась. Она и узнала этот голос, и, в то же время, не могла вообразить себе лицо того, что обратился к ней — да и не хотела. В этом мире ее с каждым днем пугало все меньше и меньше вещей, но, не считая Кроноса, только мужчина с этим мрачным мурлыканьем заставлял волоски на ее затылке шевелиться.
— Кто Вы? Друг Клариссы?
В ответ донесся только тихий смешок — или это был плеск воды под мостом?
— Почему Вы преследуете меня?
— Ты мне нравишься. В Аннувне осталось не так много интересных вещей, — мужчина в капюшоне, а, судя по голосу, это был именно он. — Но ты…
Он втянул носом запах ее волос: стоял достаточно близко, чтобы Зое на секунду показалось, что он ее вот-вот обнимет, она даже невольно представила себе его прикосновение, жесткое, холодное… Он чем-нибудь уколет ее, если коснется, с непонятной уверенностью подумала девушка. Но мужчина не двигался.
— Ты намерена биться с Кроносом, не так ли?
— А у меня есть выбор? — Зоя не стала спрашивать, откуда незнакомец знает. Или подслушал сам, ведь он следит за ней, или Кларисса сказала.
— Выбор есть всегда. Другой вопрос, какие последствия… — мужчина помолчал несколько мгновений. — Знаешь, мне нравится твоя натура. Ты тяготеешь к беспощадной жестокости, но животной, то есть — инстинктивной, практически, так сказать, вынужденной. Жестокость людей и сидов, убивающих из-за выдуманных причин, а не по необходмости, чужда тебе. И это прекрасно.
От таких слов может бросить в дрожь, подумала Зоя. Если б она не была так вымотана, должно быть, ее бы до самых пяток прошила молния страха.
— Вы следите за мной. Я знаю это, а Вы знаете, что я знаю. Ответьте только на один вопрос… Мне следует бояться Вас или надеяться на Вас?
Мужчина помедлил секунду, прежде чем выдохнуть в затылок Зое, прямо под собранные хвостом волосы:
— Лучше бойся.
Она обернулась, не выдержав наконец, но за ее плечом уже никого не было.
Высь от знамен черна,
Кони храпят в тревоге,
Пешие, как стена
Против другой стены,
Лучшие — сражены
Зоя лежала в ванной, полностью мокрая, за исключением одной руки — той, меж пальцев которой тлела сигарета. Пепел сыпался прямо в воду, но девушка не обращала на это внимания. Она думала.
Богиня… Как оказалось просто получить от Нее отклик! Спроси — и получишь ответ. Богиня добра ко всем в равной степени. Но почему только сейчас, отчего не раньше? Потому ли, что Зоя должна была все-таки выдержать испытание, все не просто так?.. Этот вопрос оставался без ответа. И, возможно, она рисковала не получить его никогда.
«Но важно ли это?»
Никогда раньше Зоя не чувствовала себя такой сильной, такой бесстрашной. Она тренировалась с удовольствием, самозабвенно, не чувствуя боли на месте ран — подживших и еще не слишком… Да и выздоровление ее шло просто магическими темпами: Хэвен подлатал ее, как мог, и уже через два дня на месте влажно поблескивающего расходящегося между нитками шва образовался гладкий шрам, выглядящий… старым. Зоя вынула из воды колено, чтобы снова полюбоваться на белый толстый рубец, усмехнулась, а потом, бросив окурок в воду, встала. Она и так долго просидела в ванне, даже подушечки пальцев сморщились. Девушка кое-как вытерлась полотенцем и накинула на плечи халат: и ровно в тот момент, когда нагота скрылась под алым шелком, дверь за ее спиной распахнулась, и в облако пара вошел Карл. Зоя не стала поворачиваться к нему, только усмехнулась: она все равно безошибочно распознавала силуэт принца в мутном отражении запотевшего зеркала.
— Кажется, ты за столько лет в мире людей не научился стучаться?
