– По рукам, – немного помявшись, согласился с договором Мадар, – я буду в резиденции Январёвых вечером. Надеюсь днём ничего не случиться.
– Я думаю ничего, – холодно улыбнулся Ведун, выходя под ненавистный свет солнца, – я рассчитываю на тебя, Мадар, – подмигнул он напоследок умелой иллюзии.
Небольшая группа людей с напряжением ждала вечера, ожидая визита по их души могущественного, потустороннего существа. Лишь один из живых, освещаемых светом жарко натопленного камина на первом этаже роскошного особняка, всем своим видом выказывал беспечность. Этим человеком был в стельку пьяный Николай, ди-джей из печально известного клуба «Пламя». Молодой человек мирно спал прямо на пушистом ковре гостиной и после напряжённой, ночной смены иногда издавал невнятные, скулящее звуки в абсолютной тишине.
Кроме Николая и двух мужчин семьи Январёвых, на расставленных полукругом креслах, сидели и напряжённо смотрели в камин несколько мужчин – Прохор, Ведун, Протоиерей и незнакомый многим, молчаливый мужчина, одетый в строгий костюм. Этим мужчиной был Мадар, представленный другим членам компании Игорем Леонидовичем как опытный маг и незаменимая поддержка в предстоящей битве.
Все прочие жильцы и прислуга, под разными предлогами, были благоразумно эвакуированы, прочь, так как вскоре, весь роскошный загородный комплекс семьи Январёвых, должен был стать самым настоящим эпицентром небывалого боя.
– Как рёбра? – прерывая тишину, поинтересовался у священника Игорь Леонидович.
– Нормально, бывало и хуже, – довольно рассеянно ответил раненный священнослужитель, часть лица которого представляла сине-красный синяк.
– Тогда, господа, предлагаю разойтись по заранее установленным местам, согласно разработанного плана. Первый удар я приму на себя, – раскрытыми ладонями хлопнул себя по коленям Игорь Леонидович, призывая всю компанию к решительным действиям.
Едва все присутствующие, кроме Николая и Ведуна нехотя покинули тёплую гостиную, как электрический свет погас в особняке Январевых, и наступила кромешная темнота:
– Чего бы вы ни увидели, будьте стойкими! – крикнул опытный Ведун, понимая, что неподготовленный разум обычных людей сейчас подвергнется суровым испытаниям. Сам Ведун уже давно не боялся ни Бога, ни чёрта.
С отключением электричества особняк стал стремительно меняться. Меняться страшно и решительно под порывами ледяного, зимнего ветра, распахнувшего все окна и двери в строении.
Колеблющиеся шторы взвыли смертными голосами, своими колебаниями образуя чёрные провалы ртов, куда проваливалась живительная энергия жилого места. Полы, потеряв деревянную статичность, потекли чёрно-зелёными потоками материи, невыносимо воняя серой и аммиаком. Потолок пророс могильными корнями, по которым, блестя и переливаясь под вспышками молний, ползли и ниспадали в чёрный поток большие, безобразные клубки червей.
Квинтэссенция, восставшая из могилы, поглотила много личностей некогда живых людей, вместив их внутрь общей массы. Боль, злость, обида, негодование, страх мертвецов рисовали новую реальность для живых людей, готовящихся противостоять ему.
Первым не выдержал Прохор. Напуганный слуга Январёвых, бледный и трясущийся от слабости, стоял на коленях посреди изменившегося коридора, наблюдая, как замершее пламя свечи у него в руках сжалось до состояния маленькой, огненной точки на конце фитиля. Ему уже не было страшно. Он просто следовал чужому выбору и с блаженной полуулыбкой ждал, когда земной путь прекратиться в страшной клоаке размытых человеческих рук и лиц.
Рассудок Прохора не выдержал страшных метаморфоз непривычного пространства. Он добровольно лёг на смрадный пол, беспрестанно омываемый чёрными потоками, и по лицу его поползли мясистые, дождевые черви, а в провалившихся глазницах закопошились целые колонии опарышей.
Над всем этим, с другого конца коридора возвышался Сергей Викторович, с трепещущей, сжавшейся душой ожидая страшной кончины. Расширившимися, чёрными зрачками он следил за медленным приближением огромной, тёмной фигурой, сотканной из мрака, которая шла к нему, чтобы призвать к ответу за злодеяния сына.
Только сейчас опытный бандит понял, как его обманул хитрый и изворотливый Ведун, чьему плану они безукоризненно следовали, выйдя прочь из помещения гостиной. И он, и Прохор были всего лишь ненужными пешками на доске, которые нужно было подарить сопернику, чтобы он потерял бдительность.
Отбросив ненужное ружье, Сергей Викторович с ненавистью прошептал:
– Будь ты проклят Ведун! Будь проклят во веки вечные, – перед тем, как волна мрака поглотила его.
– Мы тебя ждали, – Игорь Леонидович был предельно спокоен и сосредоточен, встречая в чужой гостиной самое опасное существо Сибирского региона.
При появлении Квинтэссенции, Ведун сидел в кресле, возле пылающего камина, и как ни в чем не бывало, читал свежую газету. Лёгкая, классическая музыка наполняла коттедж, настраивая Игоря Леонидовича на нужный лад.
