Бондарь скрипнул зубами. Да, напрасно они не заглянули в подвал бойни. Скрывавшиеся там люди опередили их. Будь то сотрудники Украинской СБ или британской СИС, но они сыграли на опережение… и почти добились успеха. Было только одно утешение. Если бы Бондарь с напарником действительно сунулись в подпол, то их перещелкали бы, как куропаток, уже несколько часов назад. Пока же они были живы, а это означало, что еще не все потеряно.
– Что будем делать, командир? – нервно спросил Костя.
– Погоди, – дернул желваками Бондарь, – дай сообразить.
– Уйдут ведь! Соображай скорее!
Легко сказать! Внутри бойни продолжалось какое-то движение, а со стороны моря приближалось тарахтение моторной лодки или катера. Нужно было действовать сразу на два фронта.
– Ты – туда. – Бондарь указал стволом «люгера» на здание. – Я разберусь с визитерами. Ни пуха ни пера…
– К черту! – откликнулся Костя, после чего выпрыгнул из окна автобуса и, выписывая причудливые зигзаги, побежал через площадку.
Кто-то из находившихся в здании встретил его щелчками отфильтрованных глушителями выстрелов. Время, оставшееся до подхода катера, Бондарь использовал для того, чтобы прикрыть напарника беглым огнем. Две первые пули были выпущены на вспышку, четыре следующие влетели в соседние окна. Результат получился не слишком впечатляющий: прозвучало всего лишь одно болезненное восклицание на вражеской стороне. И все же это позволило Косте добежать до живодерни и прижаться к стене, где он оказался вне досягаемости новых выстрелов.
Во всяком случае, хотелось на это надеяться. Наблюдать за дальнейшим ходом боя было некогда. Рокот моторки раздавался уже совсем близко. Выскочив из укрытия, Бондарь помчался в сторону моря. Несмотря на лихой посвист пуль над головой, пробежка закончилась благополучно. Свернув за угол, Бондарь оказался в мертвой зоне. Двустворчатые ворота в торце здания были заперты, а окна здесь отсутствовали. Не опасаясь нападения сзади, Бондарь упал на колено и вскинул «люгер».
Ну, кого там несет нелегкая?
Море было черным, а буруны от приближающегося катера – неправдоподобно белыми. Машинально отметив про себя, как потрясающе красиво выглядит этот контраст, Бондарь прицелился. Люди, столпившиеся на носу катера, увидели его слишком поздно. Он успел свалить выстрелами двоих из них, прежде чем темнота расцветилась ответными оранжевыми всполохами. Пистолетные выстрелы громыхали, как удары лома по жестяной кровле. Потом подключился укороченный, судя по звучанию, автомат. Это напоминало треск отбойного молотка: ра-та-та-та-та!
Уклоняясь от пуль, дырявящих бетон, Бондарь стремительно сместился вправо, но осклизлые плиты совершенно не годились для маневров подобного рода. Упав на бок, он подумал, что сейчас в него вопьется не меньше десятка металлических заноз, однако автоматная очередь прошла мимо. Крутой поворот катера спас ему жизнь. Избегая столкновения с плитами, рулевой тем самым помешал стрелкам прицелиться. Они чудом сохранили равновесие.
Зато под Бондарем была пусть скользкая, но твердая и, главное, неподвижная поверхность. Считаные секунды, которые потребовались катеру для того, чтобы описать петлю и снова развернуться к берегу носом, были использованы с толком. Бондарь не давал передышки ни спусковому крючку своего пистолета, ни противникам. Автоматчик, всплеснув руками, плюхнулся в воду. Двое уцелевших поспешно растянулись на палубе. Это дало Бондарю возможность сменить обойму, в которой осталось два или три патрона.
Махина разогнавшегося катера едва не выскочила на берег. Скрежеща днищем по плитам, он рыскнул в сторону, но не сразу сумел оторваться от берега, засев на бетонной мели. Вода за его кормой бурлила, словно там включили исполинский кипятильник. В четырех метрах от Бондаря белело искаженное ужасом лицо Арианы, рядом с ней приподнялась голова Талоса.
– Не стреляй! – крикнул он. – Мы из СБУ.
– Знаю, – откликнулся Бондарь. Его «люгер» был направлен в переносицу Талоса.
Ариана не смогла издать ни звука, она просто смотрела умоляющим взглядом: не убивай… не убивай… не надо… не надо…
Бондарь замешкался, и это едва не стоило ему жизни. Как только катер сорвался с плиты, Талос вскинул руку и дважды выстрелил ему в лицо. Слева и справа от головы Бондаря словно саблей взмахнули: вжик… вжик… Вместо того чтобы нашпиговать Талоса ответными пулями, он принялся методично палить в борт разворачивающегося катера.
Плонк-плонк-плонк!
Бондарь дырявил посудину чуть ниже ватерлинии, надеясь, что пробоины лишат противников не только маневренности, но и скорости. Пяток патронов он сохранил на тот случай, если бы Ариана и Талос предприняли новую попытку десантироваться на берег, но этого не произошло. Оставляя за собой пенистый след, катер устремился прочь.
