Но, видимо, белый халат творит чудеса, потому что взгляд юной госпожи Кисляк останавливается на этом предмете одежды, и она обессиленно кивает.
“К врачам не ревнуют?” Эх, Яна, как же ты ошибаешься!
Ловко проскальзываю внутрь и кидаю быстрый взгляд на Андрея.
- Ян? - мгновенно отзывается тот.
- Почти, - бурчу я, подходя ближе и хозяйским взглядом окидывая столик возле кровати. Стакан, вокруг которого лужа напитка, тарелка с пюре.
Кисляк хмурится, и я с рухнувшим сердцем понимаю, что он не помнит мой голос.
- Алина, - севшим голосом вздыхаю я.
- Ну, да, извини, - слабо улыбается парень. - А где Яна?
- Ну, как бы тебе сказать… - с явным намеком протягиваю я, и щеки Андрея вспыхивают:
- Кажется, я понял. - шепчет парень.
Дамская комната - ну очень деликатное дело!
- Ты поел? - я сажусь на соседний стул, рассматривая почти полную тарелку.
- Не хочется, - дергает плечом Андрей.
- А уйти отсюда хочется? - возмущаюсь я, хватая ложку и окуная ее в пюре. - Знаешь, как полноценная еда важна для работы внутренних органов? Давай! - ложка описывает полукруг и слегка касается губ парня.
Тот заглатывает еду и смеется.
- Что?
- Я же не маленький. - тихо произносит тот.
- Все вы маленькие, когда в больнице, - парирую я.
- Ложечку за мамочку, - бормочет Кисляк, пытаясь накормить меня вкуснейшим шашлыком. - Ложечку за папочку!
- Андрей, я же не маленькая! - возмущаюсь я, оглядываясь по сторонам. Я думаю, что увижу немало любопытных взглядов посетителей ресторана, но те только улыбаются и понимающе переглядываются.
- Для меня ты самая маленькая, - серьезно возражает тот.
От нахлынувших воспоминаний к глазам подкатывают слезы, и я тяжело дышу.
- Андрей? - голос Яны подоспевает как раз вовремя. При виде моего заплаканного лица ее брови взлетают вверх, однако девушка перехватывает у меня еду и сменяет на моем “посту”.
Непрофессионально? Плевать.
- Где ты была? - налетает на меня заведующая.
- В 105 палате, помогала с пациентом, - кажется, эта лаконичная фраза решает все. - Мой бывший подопечный, помните?
- Да? - женщина теряется. - Хорошо, молодец. Только тебя заждались в перевязочной.
Перевязки я тоже люблю, поэтому несусь на задание с радостью.
Наверное, вы думаете, что я нигде не учусь? Конечно, целыми днями пропадаю на работе, но практически не бываю в универе. Это не так. Я, как всегда, просто сдала сессию досрочно, а оставшееся время решила посвятить практике. Я по-прежнему студентка медицинского, иначе просто не попала бы в больницу.
На самом деле, я обожаю досрочное окончание семестра. Я могу гораздо больше времени уделить сыну. Первый год после родов я, естественно, перешла на заочное обучение.
Вам, наверное, очень не нравится, что я не занимаюсь Никитой? Я вас понимаю. Но на самом деле, я им занимаюсь. Мы постоянно играем во все, что попадется моему сыну под руку. Мы лепим, рисуем, вырезаем, раскрашиваем, читаем. Мой сын для меня - все.
Я честно собиралась бросить учебу, но мама очень просила меня продолжить ее. Родители пообещали заниматься с Никиткой то время, пока я буду на занятиях. Свое слово они сдержали.
- Мам! - Кит бросается мне навстречу, и я ловко хватаю сына на руки. - Мыть руки!
Тащу ребенка в ванную, где тот мгновенно хватает жидкое мыло с флаконом в форме цыпленка.
Никита обожает это вкусное мыло, пахнущее земляникой и старается мыть им руки при каждом удобном случае. Конечно, сначала мне пришлось объяснить сыну, что нельзя просто так лить мыло на руки.
- Никит, - присаживаюсь перед ним на корточки. Ребенок вмиг становится серьезным и хмурит свои голубые глазенки. - Ты бы хотел жить у бабушки с дедушкой?
Глаза сына расширяются, ясно выделяясь на круглом личике.
У моих родителей шикарная пятикомнатная квартира. Папа купил ее относительно недавно, с тайной надеждой на наш переезд к нему. Для Никиты там даже обустроена просторная детская.
- Так что? Ты хочешь? - для меня сейчас все зависит от его ответа.
Кит непроизвольно прижимает к груди свою любимую игрушку - большую плюшевую обезьяну.
Ну, конечно! Как же я не догадалась?
- Все игрушки мы заберем, - поспешно добавляю я, и ребенок, расплываясь в улыбке, подпрыгивает на месте.
- Хочу!
- Бабушка, - Никита залезает к моей маме на колени и крепко обнимает ее за шею.
- Я хочу у тебя жить.
Глаза мамы вспыхивают, и она, явно не веря своим ушам, переводит взгляд на меня. Я с улыбкой киваю.
- Только не продавайте мою квартиру. Мы сюда вернемся. Я к ней привыкла, - почему-то перехожу на шепот, и женщина обнимает меня.
Мы ведь и так практически живем вместе, только на две квартиры.
Мама и Кит носятся по всей квартире, торопливо собирая сумку. Разумеется, мои нетерпеливые родители решили не откладывать переезд.
Сын кидает все игрушки в заботливо выделенную ему огромную сумку. На некоторые из них он задумчиво смотрит несколько секунд, а потом широко улыбается и ставит обратно на свое место.
Я тоже, конечно, не отлыниваю: складываю всё необходимое по пакетам и сумкам.
От дела меня отвлекает вибрация мобильного.
“Номер не определен”.
- Алло?
- Алина?
- Да, а с кем я говорю? - голос знакомый, но я не могу узнать его.
