- Привет! - произносят ее губы.
- Привет, - вторю я, непроизвольно прижимая к себе сына. Никита напряженно сжимает кулаки, как делает всегда в присутствии незнакомых.
- Я и не знала… - голос девушки опасно вибрирует.
Мое сердце, наверное, сейчас разорвется.
- Никита, - представляю я, продолжая наблюдать за реакцией.
Край губ Яны опасно дергается, но она держится молодцом.
Я бы так не смогла.
Девушка наклоняет голову и несколько секунд рассматривает лицо мальчишки.
Не узнает. Невозможно узнать. Невозможно даже предположить.
Почувствовав, что Яна близка к истерике, дружески подталкиваю Никиту к песочнице.
- Иди, играй. А то скоро домой пойдем.
Кит замирает, сведя вместе бровки и насупившись, то и дело настороженно поглядывая на девушку.
- Да иди уже, защитник! - я смеюсь, и это окончательно убеждает ребенка в отсутствии опасности.
Яна провожает его долгим взглядом, старательно отворачивая от меня лицо.
Даже представить боюсь, что она чувствует.
Шарю в кармане коляски, достаю оттуда закрытую бутылку воды, открываю, сую в руки Кисляк.
Отворачиваюсь, делая вид, что приглядываю за ребенком, давая ей успокоиться.
- Ты почему не у Андрея?
- Гуляю, - Яна передергивает плечами.
Это же мазохизм - гулять и смотреть на детей, разве нет?
- Сейчас пойду, - наконец произносит девушка, поднимая в воздух и демонстрируя мне обычный пакет, набитый различными продуктами. Потом она быстро разворачивается и кидает еще один взгляд на моего сына: - Он замечательный. Береги его, - здесь голос Яны окончательно срывается, и, быстро махнув мне рукой, девушка уносится.
Я подхожу к бортику песочницы, опираюсь на него коленом, несколько минут смотрю на Никиту.
- Андрей, а ты бы хотел ребенка?
Во взгляде парня появляется интерес. Он приподнимается на локтях и лукаво смотрит на меня:
- Таааак. Что уже случилось?
Я невольно фыркаю и тычусь лбом в его грудь, обхватывая за плечи руками:
- И все-таки, - не позволяю свернуть с темы разговора.
- Ну, не сейчас, конечно. Какой мужчина не мечтает о продолжателе рода? Папахен мой наверняка бы сошел с ума от счастья.
- Речь не о твоем папе, - укоризненно напоминаю я.
- Хорошо, - кажется, Андрей наконец понимает, что я не шучу. Медленно берет мои ладони в свои, сжимает их крепкой хваткой. - Я бы хотел ребенка.
- Мам, ты опять? - укоризненно восклицает сын, останавливаясь рядом со мной и рукой в синей варежке стирая с моих щек слезы.
- Прости, - я невольно улыбаюсь и уже готова сесть обратно на скамейку, когда ребенок решительно вскакивает на ноги и отряхивает с коленок песок: - Я уже все. Хочу домой!
- Хорошо, пошли, - я даже теряюсь. Никита поступает как настоящий рационал: осторожно достает грузовик из песка, высыпает из кузова песок, быстро отряхивает машину, ловко очищает все формочки, осторожно складывает их в кузов. Оглядывается на меня, хватает веревочку и доверчиво цепляется за мою ладошку: - Пошли?
По всей квартире уже расползается аромат шарлотки. Я втягиваю его всей грудью, а сын замирает на пороге и мгновенно сбрасывает ботинки.
- Руки помой! - только и успеваю крикнуть вслед ребенку.
Никитка слушается и покорно бежит в ванную.
- Вернулись? - мама появляется на пороге кухни в фартуке и с полотенцем, висевшим на плече.
С момента нашего переезда она просто расцвела. Практически переместилась на кухню, запах травяного чая - неизменный обитатель нашего дома.
Я и не думала, что мое “да” так ее изменит.
- Привет, мам! - вешаю куртку сына на крючок и успеваю даже заметить, как маленькие ножки проносятся мимо.
Никита обожает яблочный пирог. Само собой, много ему нельзя, но много он и не съедает. Я просто обожаю смотреть на перепачканную сахаром и яблоками смешную мордашку сына.
Извиняюще кошусь на притворенную дверь кухни и на цыпочках проскальзываю в свою комнату. Из ящика стола быстро достаю распечатанную фотографию - селфи на крышах, куда когда-то затащил меня Кисляк. Как сейчас помню, что я до одури боялась свалиться, а Андрей постоянно шутливо толкал меня и сам же подхватывал.
На этом фото я отчаянно цепляюсь за его воротник, а Андрей обнимает меня рукой за талию.
- Ты там держишься за что-нибудь? - паникую я.
- Трусишка! - Андрей заразительно смеется, и это не может не подкупать.
- Я не трушу, просто…
Кисляк специально слегка покачивает меня, я верещу и изо всех сил хватаю его за шею.
- Ладно! Мы залезли сюда не за тем, чтобы ты тут своим криком ворон распугала!
Я уже готовлюсь ударить его в грудь, но Андрей берет телефон в вытянутую руку и наклоняется вместе со мной так, что огни города оказываются прямо под моей головой.
- Держи меня!
- Не боись, упадем, так вместе!
Это мало утешает, но я почему-то даже улыбаюсь, а Кисляк сразу же нажимает на кнопку.
Ведь все же было идеально! Я и думать о нем не думала, пока этот нахал снова не влез в мою жизнь своими грязными(хотя, у пижона Кисляка грязная обувь - о чем я вообще?) сапожищами!
- У тебя есть жена! - зло кричу прямо в лицо парня. А потом, решившись, резко сминаю фотографию в комочек и кидаю в мусорное ведро.
Вот так.
