— Ты серьезно лишь за этим меня позвал? Все соты склада LPC ушли в утиль, а ты беспокоишься, что старый негр сядет за штурвал? Да в них даже штурвалов больше не предусматривают!
— Джоффри, если я потеряю вас, то, по крайней мере, не в своем самолете. А по поводу LPC: Марк в состоянии решать проблемы и без моего назойливого присмотра.
— Михаил Юрьевич, подошел финансовый директор, — сообщила Лена.
— Малыш, запомни, — проговорил Джоффри беззлобно, — день, когда старый негр внемлет твоим запретам и позволениям, будет последним днем его работы в LPI.
— Простите, Джоффри, я не хотел вас оскорбить.
Когда Джоффри вышел и в кабинете появился финансовый директор, Михаил не сдержал улыбки. У Федора глаза на лоб полезли.
— Твое расположения духа не может не радовать, Миша! За решеткой хорошо кормят, или страховка за уничтоженные соты покрывает все убытки за текущий год?
— Федя, не начинай, — отмахнулся Михаил. — Ты сегодня встречаешься с Джоффри за преферансом?
— Да.
— Упомяни, что я просил выискать активы на покупку конструкторского бюро отца Гороян.
— Ты собираешься купить конструкторское бюро?!
— Не ори… просто упомяни, что я ищу на него деньги. А от себя добавь, что считаешь это неплохим вложением ввиду того, что там собрались остатки светлых умов нашей авиации, которые в состоянии воплотить даже самые сумасшедшие полеты фантазии.
— Чего-чего?
— Ну, что-нибудь в этом роде…
— Хорошо, — вздохнул Федор и отвернулся, чтобы выйти, но остановился. — Что это было, Миш? Почему тебя задержали?
Михаил, так и не севший после рукопожатия с Джоффри, вернулся на свое место и картинно положил руки на подлокотники. Улыбка президента не давала шанса на серьезность, и Федор узнал легкий акцент и манеру речи Джоффри:
— День, когда молодой белый внемлет их запретам и позволениям, будет последним днем его работы в этой стране.
— Миша, ты сумасшедший… тебя просто пришьют.
— Федя, это ты мне по-дружески?
— Да!
— Ну, вот и я тебе по-дружески: иди считай бабки… и не забудь про конструкторское бюро.
Когда финансовый директор вышел, Михаил позволил себе улыбнуться. Еще год назад подобные взаимные грубости были между ними немыслимы. Кроме того, что Федор был значительно старше Михаила и проработал в компании дольше него, их общение в принципе давно уже вышло за рамки рабочего. И Михаилу это нравилось, не смотря ни на что.
Когда на экране появилось ухоженное лицо главы юридического департамента, Михаил дружелюбно поздоровался и начал с главного:
— Юлия Владимировна, через полтора месяца вступит в силу закон о человеческих и гражданских правах для клонов.
— Вот черт!
— Вы подготовили документы для организации их труда и предложения для арендаторов?
— Да, почти. Сегодня вечером получу и ближе к ночи вышлю вам. Михаил, у меня в штате новый сотрудник, бесплотный во всех смыслах. Я спросила у Липы: «Кто это?», она ответила, что она. Вы в курсе, как это понимать?
— Липа организовала себе личность для ведения процессов по защите живых проектов, подвергшихся различному насилию и вынужденным бежать.
— Я сделаю вид, что не слышала этого, Миша.
— Как вам будет угодно. Только не увольняйте ее.
Юлия Владимировна отключилась.
Найдя присланный Григорием ролик, Михаил несколько раз просмотрел запись и задумался, кому бы его поручить. Остановив выбор на Максимове, Михаил связался с ним.
— Да, Михал Юрич!
— Максимов, видишь запись?
— Да, Михал Юрич…
— Мне нужно понять, что там на самом деле произошло.
— Сделаю что смогу, Михал Юрич!
— Давай.
Следующим собеседником на экране оказался Марк.
— Ты у себя? — удивился он. — Мне сказали, что ты заезжал и сразу уехал.
— Я вернулся. Ты уже разослал сообщения клиентам?
— Да, всех VIP позвал на завтра-послезавтра. Остальные — начиная с понедельника, — кивнул директор LPC и настороженно спросил: — что-то не так?
— Все сотрудники «Руси», друзья и родственники акционеров, вообще все, кроме сотрудников LPI должны заплатить полную стоимость процедур и аренды сот.
Марк с досадой откинулся в кресле и недовольно покачал головой. Когда их взгляды встретились снова, Михаил в полной мере понял его чувства и саркастически усмехнулся.
— Миша, сейчас не лучшее время наживать себе новых врагов, если только ты не хочешь устроить между ними соревнование, кто большую неприязнь к тебе испытывает.
— Юристы связались со страховой?
— Да, конечно.
— От меня что-нибудь требуется?
— Нет, Миш. Приезжайте завтра с Ларисой Сергеевной пораньше, если ты не хочешь встретиться лицом к лицу с теми, кто узнает, что должен платить.
— Хорошо, до встречи.
Увидев звонок Рудольфа Викторовича, управляющего Песок-2, Михаил заранее нахмурился.
— Добрый день, Миша, прими мои соболезнования по поводу склада LPC, — начал собеседник. Его полное красное лицо выражало перманентную скорбь. Какие бы причины не провоцировали Рудольфа Викторовича на диалог, всегда казалось, что произошло что-то плохое.
— Спасибо, Рудольф Викторович, у вас что-то случилось?
— Да. СБ нашла исчезнувшего после аварии в отсеке проводников лаборанта. И будет лучше, если ты лично приедешь сюда.
— Зачем?
— Ты должен это… увидеть, Миша.
