Они шли быстро, почти бежали - насколько это было возможно для закованного в сталь графа. Вот Лотар взбежал на пологий каменистый холм и припал на одно колено, раскрывая перед собой книгу.
Рейн бросил взгляд вниз, в ущелье, - да, с этого места действительно было неплохо видно Врата - и тысячи орков вокруг, отсюда это выглядело как колышущееся черно-зеленое море. Вокруг простирались скалы, и то там, то здесь виднелись небольшие группы этих тварей - сторожевые дозоры.
В прохладном воздухе повис боевой клич - их заметили.
Ближайшие отряды пошли в атаку - как много отдал бы сейчас Рейн за сотню... нет, хотя бы за десяток простых мечников, которые стояли бы здесь, рядом с ним, сомкнув щиты. Но не было рядом несокрушимого короба щитоносной пехоты, не было и десяти солдат, обнаживших клинки, - был только один рыцарь в помятых доспехах, сжимающий в одной руке меч, в другой - тяжелую дагу.
- Я люблю тебя, Рейн, - шепнула Аманда, делая шаг вперед. Рука ее рванула пряжку, и, как не раз в ее опочивальне, мягкая ткань замшевого камзола плавно скользнула к ногам.
Мгновение, и женщина стоит совершенно обнаженная, словно насмехаясь над приближающимися орками. Вот она пала на колени, словно моля о пощаде безжалостных тварей...
Густые черные волосы Аманды, казалось, обтекали ее безупречное тело, с каждым мгновением захватывая все новые и новые его участки. Руки становились чуть тоньше и в то же время наливались чудовищной силой, из мягких подушечек... лап выскользнули острые, как бритва, когти. Сверкнули страшные белые клыки, мускулистое тело замерло, готовясь к прыжку, длинный гибкий хвост яростно хлестнул по лоснящейся иссиня-черной шерсти.
Аманда... нет, теперь уже Эмиа н'Дасюр, принцесса Клана, боевой оборотень, готовилась к своей последней схватке.
Рейн на мгновение оторопел, а уже в следующую секунду ему пришлось заниматься совсем иными проблемами - первая волна атакующих захлестнула холм, и первая кровь окрасила камни. Пока еще в зеленый цвет.
Черной молнией пантера врезалась в передовые отряды орков, нанося стремительные и безжалостные удары. Клыки, когти - все шло в ход, и за этим едва видимым глазу вихрем оставались лишь корчившиеся в агонии, истекавшие кровью тела. Но и ей перепадало немало - и пока спасало ее лишь то, что орки в отличие от людей не имели привычки носить в ножнах или колчанах серебряное оружие.
Даже самые глубокие ее раны, как и у любого истинного оборотня, заживали почти мгновенно - но, господи, какую же боль она испытывала, когда в очередной раз сталь входила в ее тело!
Меч Рейна вновь и вновь отбрасывал орков от Лотара, уверенно читавшего заклятия, - с рук мага срывались едва видимые глазу волны и улетали туда, вниз, к колышущемуся полотну Портала. Но все мрачнее и мрачнее становилось лицо Лотара, хотя ни на йоту не изменился тон и не дрожали его вытянутые вперед руки.
Вокруг Тхай-Тхела, занявшего оборону с другой стороны холма, громоздилась уже гора трупов с размозженными головами и переломанными конечностями. Огромная дубина плясала в воздухе, вышибая дух из очередного нападавшего и тут же выбивая ятаган из другой руки, заодно ломая ее. Еще ни один орк не сумел подойти к великану достаточно близко, чтобы хотя бы оцарапать его - похоже, он успешно учился на своих ошибках. Тхай ухал при каждом ударе, а Тхел восторженно визжал, отбрасывая очередное искалеченное тело на головы его же соратникам, в которых огромная дубина огра вселяла не поддающийся контролю разума ужас.
Пал Зулин... Шесть не знающих промаха топоров раскроили шесть узколобых черепов, точно войдя между налитыми кровью глазами. А затем тролль, сжав меч, шагнул вперед - и волна орков накрыла его. Еще несколько секунд сопротивлялось смерти облаченное в кольчугу тело, еще несколько раз раздавался его победный клич - и очередной орк падал, пронзенный мечом, а затем в последний раз сверкнула серебристая кольчуга, и вот уже стая зеленых тварей бросилась было искать нового противника. А в следующее мгновение в том месте, где рухнул изрубленный вражьими клинками Зулин, взметнулось черное пламя - и несколько десятков орков в мгновение ока обратились в обугленные головешки - нельзя убить владеющего амулетом К'храна и остаться при этом в живых.
При виде столь страшной гибели одного из отрядов остальные на мгновение отпрянули - и Эмиа, вновь бросившаяся в атаку, продолжила сбор кровавой жатвы - она уже почти целиком была покрыта зеленой кровью, но ее раны по-прежнему моментально заживали и, хотя и уже порядком уставшая, она все еще была смертельно опасна.
Вновь и вновь скрежетали воронёные ятаганы по панцирю графа, вновь и вновь серебряный меч погружался в очередное зеленое брюхо. Тяжелый арбалетный болт прошил кирасу, но, к счастью, не задел тела, - а в следующую секунду черная тень вихрем пронеслась мимо арбалетчика, на ходу начисто оторвав ему руку.
