- А стоик - это что?
- Не сбивай, сам собьюсь... Сто стоиков - это одна марка. Поэтому они так и зовутся, дураку ясно. Еще две в пять стоиков и три по одному...
- Так, запомню. А что, к примеру, можно купить на один этот... как его... стоик? - поинтересовался я. Было бы глупо, скажем, отдать по незнанию за кусок хлеба стоимость нескольких караваев.
- Много... У мужиков больше медь в ходу. За сто грошей дают один стоик, а на грош можно и пожрать от пуза, и пива пару жбанов выдуть.
- Неплохо... А скажи-ка мне, друг сердешный, что ты смурной такой?
Лёшка промолчал, затем, отвернувшись, нехотя ответил:
- Уйти я должен. Вот сейчас помогу тебе похоронить бедолагу и уйду. Уговор, понимаешь... Ты под защитой был, как со мной встретился. Так что скоро один останешься... Тут они тебя и... Жалко мне тебя, хороший ты мужик, хоть и не от мира сего.
- Ну, допустим, со мной сладить непросто, - самодовольно усмехнулся я, поигрывая кинжалом, - оружие есть, кольчуга что надо!
- Дурень ты! - махнул рукой леший. - Волколакам твой кинжал, что вепрю репейник. А вывести я тебя не успею, лес большой, засветло до края не дойдем. Да и не будут они темноты ждать, уж очень злы. Ладно, давай яму копать. Там у деда где-то заступ был, пошуруй в углу, найдешь...
Аккуратно подровняв холмик над могилой убитого, я отложил заступ в сторону и вытер пот. Был полдень, солнце пекло немилосердно, и не было ни малейшей надежды на прохладу - по крайней мере та часть неба, которую было видно с поляны, не содержала ни облачка.
Лёшка куда-то делся, пока я возился с ямой. Выкопать ее оказалось не так легко, как представлялось вначале, - почва была пронизана многочисленными древесными корнями, с которыми старый и тупой заступ справлялся из рук вон плохо. Но все же я справился, пару раз помянув-таки лешего, который обещался помочь, но все же слинял.
Голиаф, как я окрестил коня, спокойно щипал траву, из чего можно было сделать приятный вывод - оборотней поблизости нет.
Лёшка сказал, что кони особенно чуют волколаков, издалека, а те тоже с конями не дружат, особливо с боевыми, да и не гоняются за ними, разве что уж очень голодны. Потому как хороший, обученный боевой конь может волколака и уделать - размозжить башку копытами, тут тому и конец настанет. Потому как хоть ты трижды живуч, а если мозги по мху размазать, то... в общем, в том, что конь уцелел, а всадник погиб, ничего удивительного не было.
Видать, зацепился в лесу за какую-нибудь ветку, да и грохнулся из седла. Тут они его и достали...
- А ты скор, - раздался за спиной голос лешака. - Я думал, до тьмы провозишься. Как раз пособить хотел...
- Ага, - буркнул я, не оборачиваясь, - пособить... Как дело до заступа дошло, так тебя и след простыл. Конечно, одно дело языком молоть, совсем другое - руками работать.
Лёшка обиженно хрюкнул и замолчал. Я почувствовал внезапное раскаяние ну что я, в самом деле, на него взъелся. К жилью вывел, накормил, от оборотней уберег, хоть и на время. Да и скучать не дал. Куда ни глянь - одни благодеяния.
- Лёшка, ты это... не обижайся, лады? Не со зла я, прости. Да и если серьезно, так я даже с удовольствием размялся, надо же воину форму поддерживать. Ну что - мир?
С этими словами я обернулся. Леший сидел на корточках, насупившись и повесив длинный нос. Всем своим видом он изображал вселенскую скорбь. Некоторое время он молчал, уставившись в землю, затем поднял на меня один глаз и внезапно улыбнулся до ушей, обнажив всю коллекцию мелких зубов.
- Мир. Знаю, что не со зла... Добрый ты парень, с добротой своей ты здесь пропадешь. Да я и не просто погулять ходил, я вот тут тебе подарок принес. Можа, он тебя от беды убережет.
С этими словами он протянул мне что-то длинное и узкое, завернутое в мешковину, гадкую и липкую на ощупь, как будто обильно пропитанную прогорклым жиром.
Стараясь не морщиться от острого чувства брезгливости, чтобы не дай бог опять не обидеть приятеля, я начал разворачивать мешковину. Предмет оказался еще и перевязанным бечевой, с которой мне пришлось повозиться, а затем, плюнув, просто разрезать. Но я уже догадался, что скрывается внутри. И оказался прав. Но то, что я увидел, не шло ни в какое сравнение с самыми смелыми предположениями.
Моим глазам предстал изумительный меч, настолько красивый, что от него нельзя было оторвать взгляда. Я не слишком хорошо разбираюсь в древнем оружии, но это было что-то вроде эспадрона*, чуть поменьше. Им можно было действовать и одной, и двумя руками.
______________ * Эспадрон - длинный двуручный меч, элемент вооружения рыцаря. - Примеч. автора.
