— Меня заставили, — невнятно пробормотала она, размазывая кровь, сочившуюся сквозь пальцы. — У меня мама, папа. Они обещали убить их, если я не соглашусь.
Никонов почувствовал, что не сможет убить ее. Не то чтобы он ей поверил, но ее слова зародили сомнение в его душе. Теперь главная задача состояла в том, чтобы она этого не заметила.
— Дальше, — потребовал он. — Говори. Возможно, я подарю тебе жизнь. Хотя вряд ли… Но шанс у тебя есть. Маленький. Воспользуйся им.
— Ты обещал отпустить меня! — выкрикнула девушка со слезами на глазах. — Дал слово! Так нечестно!
Ему было не до моральных терзаний.
— Говори, — повторил он.
На самом деле Никонов не знал, как поступит, если она откажется.
Роксана подчинилась. Объяснила, что сначала была, как и все. Ее держали с остальными девушками, и участь ее казалась предопределенной. Их всех собирались продать в Африку. В какой-то публичный дом. Однажды ее вывели, чтобы подвергнуть групповому изнасилованию. Она упросила не мучить ее. За это ее принудили к сотрудничеству. Она следила за сокамерницами и доносила тюремщикам, если кто-то что-нибудь замышлял. Ее выводили кормить и давали помыться.
Нет, по именам нигерийцев она не знает. Только Кена. На самом деле главарь у них другой, но Роксана его никогда не видела. Все они до вчерашнего дня жили в общежитии, рядом с кафе.
— Теперь снялись с места, — пояснила Роксана, глядя то в пистолетное дуло, то Никонову в глаза. — Они и девчонок увезли.
Его сердце похолодело.
— Уже? — спросил он, с трудом ворочая непослушным языком. — В Африку?
— Нет пока, — успокоила его Роксана. — На корабль. Отплывут они после ритуала. Ну, ты помнишь, я говорила.
Никонов помнил. Похоже, девка выложила правду, хотя и не до конца. И она не собиралась предупреждать о нависшей над ним опасности. Ей было выгодно, чтобы его убили. Тогда никто не узнает, что она проболталась.
Он посмотрел на часы. До полуночи оставалось достаточно времени, чтобы подготовиться.
— Я пошла? — робко, с надеждой в голосе произнесла Роксана.
— Что за корабль? — спросил Никонов. — Где стоит? В порту?
— Мне этого не докладывали. Я для них подсадная утка, вот и все.
— Кен тебя любит. Он тебя спас.
— Он сам толком ничего не знает. Исполнитель.
— Ладно, — сказал Никонов. — Шуруй.
— Правда? — обрадовалась Роксана.
Он разблокировал дверь. Девушка собралась выйти, когда ему в голову пришла мысль, что в его интересах, чтобы она добралась до своих негритосов как можно скорее.
— Возьми деньги, — сказал он. — И жди возле ворот. Я тебе такси вызову.
— Спасибо, — пробормотала Роксана, выхватывая протянутые купюры. — Ты хороший. Удачи тебе.
— Да, удача мне понадобится, — сказал он. — Буду сидеть в машине и караулить. Спать, правда, охота. Но у меня здесь встроенный будильник. — Никонов приставил палец ко лбу. — Всегда в намеченное время просыпаюсь. В двенадцать, говоришь, черные подгребут?
— Ровно в полночь. Я побежала?
— Беги.
Он махнул рукой. Она пулей выскочила из салона и побежала к центральному входу. Одежда дочери не делала ее похожей на Лору. Никонов проводил ее холодным взглядом и включил телефон.
Роксана, ежась, стояла на площадке и старалась не оглядываться на кладбище, но взгляд ее невольно обращался туда. В ночной темноте разросшиеся деревья походили на сплошную черную тучу, клубящуюся за оградой. Листва шумела. Редкие машины проносились мимо на полной скорости, как будто желая поскорее покинуть это мрачное место.
Роксану бил озноб. Не от ветерка, обдувавшего ее. Из-за близости кладбища. Она вспомнила, что проделал с ней Бимпа. Может быть, на самом деле она умерла и ей только кажется, что она жива? Сейчас мертвецы почуют в ней свою и явятся за ней. Бабка Роксаны обожала рассказывать всякие страшные истории. Про покойников, домовых и прочую нечисть. До двенадцати лет Роксана каждое лето проводила в селе Синичино, что в Харьковской области, километрах в сорока от Изюма. Там было красиво. Лес, меловые холмы, две реки, сливающиеся прямо за селом, — Оскол и Северский Донец. Молодежи там почти не было — только отдыхающие и городские дети вроде Роксаны. По вечерам они собирались в стайки и пересказывали друг другу всякие страшилки, услышанные от стариков. Однажды кто-то предложил забраться ночью в заброшенную хату на околице. По слухам, там некогда проживала самая настоящая колдунья.
