Действительно, Николай Рыбников был «гением места» Марьинорощинской бани — он был чрезвычайно знаменит (впрочем, его жена актриса Алла Ларионова была тогда не менее известна). Он поселился на 2–1 улице Марьиной Рощи в середине шестидесятых. По слухам, в купленных ими квартирах, соединённых вместе, был даже камин.
Так это или нет, нам не ведомо — потому как люди говорят разное, а в то время в Марьиной Роще коз пасли и курицы из луж пили. Можно представить, чем для жителей Марьиной рощи был такой небожитель, да ещё с белоснежной «Волгой», похожей на космический корабль с далёкой планеты.
Простой русский человек, идеальный герой, посетитель Марьинорощинских бань.
Вот голый актёр с веником и солёным арбузом — говорят, что любил арбузы солить.
Вот про камин, может, и врут, а про солёные арбузы верю сразу.
Но, как уже говорилось, баню снесли — и стал Рыбников ходить в Селезнёвские — не помню уж, что туда ходило по улице Советской Армии — троллейбус или автобус.
Говорят так же, что побывал он там и в последний день своей жизни — ну так это, коли правда, и вовсе знак, то есть знамение.
Сходить в баню, когда труды жизни окончены — признак особой благодати.
И, чтобы два раза не вставать:
Марьиной рощи 4-я ул., 2
Тел. И1 56 43
_______________________________________
Я вот сейчас скажу довольно рискованную вещь (потому что все нынче изрядно взволнованы и к меланхолическим рассуждениям не склонны, особенно, если рассуждения касаются сакральных вещей).
В ощущении надвигающегося праздника я думал, что этот праздник у нас совершенно неправильный — не внутри семьи, а именно что в обществе.
И этот праздник нужно перевести именно в семейный формат.
При этом я люблю смотреть на военный парад, именно на всю эту лязгающую технику, выглядящую умиротворённой. Я видел, её в ином качестве, но думаю, что именно во время репетиций она представляет собой очень важный объект для рассматривания обывателем.
Полезный именно в качестве некоторого напоминания.
Но я не об этом — а о том, что убрал бы весть промежуток между военным парадом и частным семейным праздником.
Семейный праздник у многих давно превратился в поминание.
Именно поминание — самая главная вещь.
А вот чудовищное украшение улиц в предпраздничные дни, баннеры, где нынешние дизайнеры путают советские корабли с американскими, все эти открытки ветеранам с грамматическими ошибками, коллажи, где немецкие солдаты сидят на трофейном русском танке, вся эта дребедень освоения бюджетов — провалилась бы оно всё пропадом.
Ни копейки на это — всё перелить в пенсии, да и дело с концом.
Ни копейки на патриотические программы по воспитанию и перевоспитанию.
