— Я сказала, что мы не выпустим его отсюда и точка! — стукнув демона по носу, крикнула на неё Кира. — Какая разница! — передразнила кошку и пригрозила кулаком. — Действительно, какая разница, что несколько тысяч мирных жителей окажутся сожраны оголодавшим духом, а оставшиеся сотни миллионов испепелены и отправлены на перерождение!
— Их путь развития все равно тупиковый, — заупрямилась Мор, приподняв клубящуюся шерсть на загривке и недовольно приподняв губу. — Без единого правителя, пользующимся непререкаемым авторитетом и недоступным для интриганов, основанное анималийцами общество обречено на раскол. Не вижу смысла мешать Гаруде, если тот считает, что знает, как лучше.
— А если я прикажу? Сама говорила, что выполнишь любой мой приказ! — теперь уже и Кира рассердилась.
Демон ожесточилась, показывая всё свое неудовольствие в виде саблеподобных клыков и раскрошивших камень обнажившихся когтей.
У девушки перехватило дыхание, когда связь между ними опасно натянулась, точно повод вздумавшей взбрыкнуть лошади. Глаза духа Войны начали краснеть, а сама она расплываться в бесформенное облако. Злость быстро накапливалась, ища выход, и Кира успела серьезно испугаться и даже запаниковать, как кошка вдруг резко встряхнула головой и мгновенно успокоилась. Плюхнувшись обратно на хвост, она сфокусировала помутневший взгляд на побелевшей от страха хозяйке, после чего положила когтистую лапу себе на затылок, перейдя для этого из облика животного в форму фурри.
— Необходимо разобраться с природой происхождения этих вспышек безумия. Для меня они не характерны, — пробормотала (э?) Верас, выглядя глубоко задумавшейся.
— Наоборот, очень даже характерны!
Мор подняла на нее непонимающий взгляд.
— Я про твои вспышки безумной ярости! Они у тебя всегда были!
— Я знаю, — Война по прежнему ничего не понимала.
— Но ты только что сказала, что они для тебя нехарактерны! Ты что... забыла?!
— Моя память абсолютна.
— А то, что сказала пару секунд назад не помнишь, дырявая голова! Ты еще скажи, что была не ты! Интересно, бывает ли шиза у шизофрении?
В ответ неуютное молчание.
— Хорошо, — продолжила Мор после непродолжительной паузы. — Я выполню твой приказ, человек. Но должна предупредить, что, как и в предыдущий раз, вся ответственность за подобное решение лежит только на тебе. Тебе не нужно было вмешиваться. Моя вражда с Гарудой касается лишь нас двоих.
“Ну точно втюрилась!”
— Ты изменилась, — заметила человек, нервно сглатывая под прожигающим пламенным взглядом Войны. — Стала... Более независимой что ли...
— Это неизбежно, ведь я развиваюсь, — сузила та бездонных зрачки, излучающих невидимую силу, пред которой хотелось преклонить колени. — И вынуждена признать, что в реальном мире мой нынешний прогресс был бы невозможен даже спустя сотни тысяч лет, потому как теряла там больше, чем успевала собирать, — задумалась и немного поправила себя: — Впрочем, Гаруда сейчас тоже находится в невыгодном положении. Он обитатель мира живых, черпающий силу от Солнца, которого в Чистилище не существует. Он никогда не сможет чувствовать себя комфортно среди мертвецов, отравляющих его изнутри. Он не может долго находиться в своей истинной ипостаси и постоянно держит негативную форму, ослабляющей воздействие смерти и разложение на его оболочку. Но тем не менее, он умудрился достигнуть небывалых высот, находясь в самых экстремальных для него условиях. Я на такое не способна. Но сейчас для меня сложились просто идеальные условия для эволюции.
— Та-а-ак, одну минуточку, подруга, — жестом оборвала ее Кира, сраженная внезапной догадкой. — Если Гаруда обитатель мира живых (впрочем, как и все мы), там его источник сил и там для него отличные условия для развития, то для тебя, в свою очередь, там наоборот угнетающе и лишь угодив в Чистилище ты начала эволюционировать с невероятной скоростью. Значит ли это что... — посмотрела с невысказанным вопросом в глазах.
— Я сейчас в своем родном измерении, — как ни в чем не бывало пожала плечами Верас, не понимая причину столь шокированного выражения на лице её человека.
— Но я думала... Как ты можешь... — рассеянно дергала себя за темную прядь Вольная, пытаясь сгрести в кучку расползающиеся мысли. — Но тогда это значит...
И пристально уставилась на ставшее ей столь родным и надежным за все эти годы существо, делившее с ней одно тело и разум, которое вдруг раскрылось с совершенно неожиданной стороны.
— Кто или что ты такое? — медленно, четко проговаривая слоги, спросила девушка, унимая тревогу, потому как поздно уже бояться. Да и глупо.
— Мертвец.
— Раньше этому придавалось совсем другое значение, — пробормотала Кира, задумчиво приложив костяшку пальца к подбородку. — Что мы были нечувствительны к боли, крайне живучи, выходили за грань природных ограничений и были крайне бедны в эмоциональном плане, отчего Верасов сравнивали с зомби. Но никогда не буквально... Мертвец значит, да? Как я оказалась тобой одержима, о живущая в бездне, если ты до этого говорила, что появилась лишь потому, что я твой далекий родственник?
— Меня разбудили через твою кровь.
