— Йо, пернатый! — махнула рукой выпрямившаяся Кира, не слезая со своего необычного ездового животного, что сейчас яростно било по земле двумя хлыстообразными хвостами. — Уже неделю, как не видели твои седые патлы! Развлекаешься как можешь? — указала на осыпающийся пеплом почерневший костяк неподалеку.
— Что вы здесь забыли? — подозрительно прищурил светящиеся голубым в прорезях маски Гаруда, шире раскрывая пыльные, поросшие паутиной крылья.
Он не мог не заметить, что волосы девчонки вновь посветлели, намекая на то, что Верас где-то пополнила свои резервы, что не добавляло этой парочке доверия. Вот ведь... Сколько не пытайся очистить Тьму от засоряющей и ослабляющей чужеродной энергии, а эти снова умудрились где-то её отыскать. Таким образом он никогда не увидит агонии этой человечишки, когда ядовитая для всего живого аура личного воплощения разрушения и смерти разъест её тонкое тело без остатка.
— Да без понятия! — честно захлопала серебристыми глазками дьявольское отродье, искусно притворяющееся наивной дурочкой. — Только что мы были в оранжерее, где все вокруг светилось, а эта, — похлопала ладошкой по шее всё ещё отмалчивающейся Мор, — вдруг как вскочит, как побежит! И вот мы здесь, — развела руками все с тем же ехидным взглядом.
— Вы нашли мой сад Света?! — ошарашенно-возмущенно вытаращился мужчина, уронив крылья от этой новости. — Только не говорите мне, что там теперь ничего не осталось! Я исследовал эти растения тысячелетиями! А вы... Вы... — поднял немного подрагивающий от нервов палец, готовясь пристрелить эту нахалку раскаленным лучом.
— Успокойся, на месте твои грибочки, — махнула на него рукой Кира, ничуть не испугавшись. — Кстати, не они ли являются спонсором твоего вечно упоротого поведения?То-то ты так занервничал!
Лазерный луч все же сорвался с кончика когтистого пальца, в опасной близости пролетев над вжавшейся в плечи головой человечишки. Переборов свое раздражение, Гаруда опустил руку и принял как можно более беспристрастный вид.
— Я понял. Значит мои перья нашли? — угадал он причину перемены во внешности Вольной. — А вы знаете цену, которую платят пленники Чистилища за них?
— Вряд ли она выше той цены, что ты платишь ради выживания, враг мой.
Гаруда перестал усмехаться под своей маской и серьезно посмотрел на желтоглазого демона, представшего в человеческом облике вместо огромной двухвостой пантеры.
— Не понимаю о чем ты, — притворился ангелочком, что у него неплохо получалось из-за внешности.
И словно по закону подлости именно в этот момент раздался жалобный всхлип, а одеяния шелохнулись из-за движений крошечных ручек младенца. Гаруда подавил вспыхнувшее желание “случайно” наступить на первозданной чистоты душу, ещё не избавившуюся от облика погибшего тела, и приподнял край своих одеяний под покрасневшим взглядом демона, принимая изумленно-недоуменный вид.
— Ребенок? — изогнула бровь Кира, став серьезнее.
— Ой, ну надо же! И откуда он только тут взялся? — притворяясь идиотом и не обращая внимания на две пары настороженных глаз, псевдосерафимчик поднял карапуза с земли и с заботливым видом закутал в серую ткань, после чего пощекотал ему грудь коготком. — А я вот знаю. Его родная мать прокляла и убила, едва тот родился, потому как считала ребенка источником всех своих проблем, — потемневшие до светло-синего ледяные глаза в прорезях маски сощурились, а смертоносный крючковатый коготь на указательном пальце продолжал выводить невидимые узоры, не причиняя вреда и периодически цепляя прилипшие к тельцу паутинки проклятья смерти. — Но до неё я уже как-нибудь позже доберусь. В конце концов, все люди смертны, не правда ли? Знали бы вы, сколько их появляется здесь по чужому злому умыслу. Напуганные, невинные, обреченные...
— Гаруда, отдай ребенка, — делая успокаивающий жест, на шаг приблизилась Кира.
— Кого? Этого? Да он больше тебя прожил в сумме за все перерождения. Не смотри на его внешний вид. Просто на этот раз бедняге не повезло из-за одной эгоистичной идиотки, — фыркнул крылатый, притворяясь, будто не замечает ее движений.
— Гаруда, отдай...
— Нет, — прямо посмотрел на близняшек, заставив их остановиться. — В конце концов, вы ничего поделать не сможете. Прижизненное проклятье лишило эту душу право на перерождение, и теперь она лишена на погибель в пасти первого встречного демона. Если не я, то разорвет эту душу кто-то другой.
С этими словами он начал увеличиваться в размерах, превращаясь в покрытую перьями змееподобную ящерицу. Ухватив плачущего младенца чешуйчатой лапой, он разинул острозубую пасть, готовясь проглотить ребенка одним махом.
Мор подобралась, но не осмелилась атаковать превосходящее её в развитии и силе существо.
— Стой! Ты не можешь! – в ужасе крикнула Кира, подбежав и забарабанив кулачками по твердой бело-серебристой чешуе. — Немедленно отпусти его!
— Я не могу? — не донеся младенца до пасти, хмыкнуло пернато-чешуйчатое чудовище, посмотрев сверху вниз.
— Еще как может... — пробормотала за спиной хозяйки Верас.
