Живые и мёртвые полностью

Взаимодействие между людьми, включая его биологический и социальный уровни, в основном состоит из символического взаимообмена — отправления и получения символов. Наделение вещей значением преобразует то, чем они непосредственно являются, в знаки, пригодные или потенциально пригодные для обмена в социальном контексте. Наделение значением в социальном взаимодействии состоит из представления знака, придания ему значения предъявителем (отправителем) и осмысленного получения и инкорпорации его получателем в свой собственный знаковый контекст. Акты получения и отправления знака, происходящие между двумя или более людьми, заключают в себе как внутреннее, так и внешнее поведение каждого из организмов. Каждый индивид в процессе обмена оказывает влияние на другого и на самого себя. Отправитель внутренне присваивает значение знаку; таким образом, внутри него самого происходит определенное изменение в то время, как он передает знак другому, который может его получить или не получить. Тот может не воспринять его или не распознать. Если же он его распознает, то имеет место действие, в процессе которого знак переносится в него и инкорпорируется в его систему значений. Получение им знака оказывает обратное влияние на исходного отправителя. Внешнее поведение отправителя и получателя может конституировать собственно знак, объект, наделяемый значением, непосредственный контекст, окружающий включенный во взаимодействие знак, либо это может быть совокупность знака и контекста. Обмен знаками, заключающий в себе акты наделения значением двух или более индивидов, имеет циркулярный характер; фактически он состоит из нескольких взаимозависимых кругов значения и поведения. Проанализируем некоторые его элементы, а затем рассмотрим, каким образом каждый из них связан с целостным процессом.

Наделение значением объекта, производимое индивидом, зависит от предшествующего опыта восприятия индивидом самого этого объекта или его знаков. Если он сталкивается со знаками объекта, то обычно он учится у других людей — а они его обучают — вкладывать их значение в данный знак, а следовательно и в сам этот объект. Если же он сталкивается с самим объектом непосредственно, то значения, придаваемые ему другими людьми, будут подкрепляться или видоизменяться его собственными переживаниями и значениями тех знаков, которые они в отношении этого объекта используют. Базисное ядро значения большинства знаков и объектов приобретается индивидом в младенчестве, детстве и подростковом возрасте. Однако в процессе существования индивида и общества значения знаков и объектов претерпевают постепенное смещение. Значение Креста в 33 г. отличается от его значения в 1954 г., а его значение для ребенка во время конфирмации несколько отличается от того, которое он имеет для человека, находящегося при смерти.

Ситуация, которую мы до сих пор описывали, иллюстрирует успешный обмен знаками. Она предполагает, что в значениях говорящего и слушателя отсутствуют сколь-нибудь важные различия. Однако слушатель (аудитория) и говорящий, или актер, могут подразумевать совершенно разные значения, и коммуникация между ними может кончиться неудачей. Если это так, то линии а и b не будут связывать А и С (рис. 20). Двойные стрелки, проведенные на рисунке, все еще будут выражать для каждого внешнее наделение значением знака В и внутреннюю его интерпретацию. Объект (слово или жест), используемый в качестве знака, был бы в таком случае одним и тем же в качестве доступного для восприятия объекта, но уже не был бы одним и тем же значимым знаком для обоих. Кроме того, для этих двух индивидов линии с и d указывали бы уже не на один и тот же объект, D, а по меньшей мере на две совершенно разные вещи.

Возможно и множество других вариаций такого рода. Назовем лишь несколько. Актер в театральном представлении, радиопрограмме или телевизионном шоу (или же священник, предстающий перед своей паствой) отправляет слова, адресуя их широкой аудитории. Индивиды, принадлежащие к аудитории, могут иметь совершенно другие значения отправляемых символов; некоторые из них согласуются с теми значениями, которые вкладывают в них актер и постановщик, а некоторые — нет. Более того, драматург, написавший сценарий, может вкладывать другие значения в своих персонажей, их действия и развязку пьесы. Вполне возможно, что актер будет использовать вторичные значения предложенных символов, а не те, которые первоначально вкладывались в них автором. Пьесу, как говорится, можно проинтерпретировать или исказить по-разному. Или же дело может обстоять таким образом, что объекты и значения, которыми наделяется предъявленный знак, различны, однако все это разнообразие связано с общим ядром значений. Так бывает довольно часто, поскольку большинство людей, выросших в одной культуре, обладают опытом, обеспечивающим их общим ядром понимания, на базе которого ими создаются различные вариации.