В книге бывшего руководителя военной пропаганды вермахта генерала Хассо фон Веделя «Германия в борьбе» (Берлин — Штольберг, 1941, вып. 51–52), в докладе о десанте, высаженном 5 октября 1941 года в районе Стрельны, говорилось: «Усиленный батальон, оснащенный легким и тяжелым оружием, в ночь на 5.Х-41 г. предпринял попытку высадить десант; попытка была поддержана советской артиллерией с мола Ленинградского морского канала. Немецкие войска подняли тревогу после того, как высадка десанта была почти закончена…»
Далее сообщалось, что бой десанта был поддержан восемнадцатью советскими бомбардировщиками и продолжался до рассвета. И опять-таки здесь не было ни слова о потерях немцев.
Министерство вооруженных сил ГДР, предоставившее нам эти данные, справедливо пишет в сопроводительной записке: «Десантные силы на суше вели героическую борьбу против численно превосходящего врага. Число больших потерь берегового соединения, а также указание на упорный бой свидетельствуют об этом».
Десанты в район Стрельны не прекращались и после высадки моряков в Петергофе.
Профессор кафедры вычислительной техники Ленинградского электротехнического института имени В. И. Ульянова (Ленина) Владимир Борисович Смолов рассказывает:
— Седьмого октября сорок первого года я и мои товарищи, студенты ЛЭТИ, участвовали в высадке десанта в районе Стрельны и завода «Пишмаш». В отряд входили краснофлотцы из шестой бригады морской пехоты, бойцы из двадцатой дивизии НКВД и мы…
Володя Смолов, студент третьего курса, не был новичком в военном деле. Он уже участвовал в зимних боях 1939/40 года на Карельском перешейке.
С уважением и гордостью вспоминает он сегодня о старших товарищах по дивизии НКВД, с которыми его свела в десанте военная судьба. Среди них было много кадровых рабочих Кронштадта, влившихся в дивизию из народного ополчения.
Тридцатилетние, сорокалетние люди с большим жизненным опытом, они представлялись молодым вузовцам ветеранами, служили для них образцом мужества.
Участвовали в десанте и воины пограничных застав. Отряд был невелик, но хорошо вооружен. Рабочие завода имени Котлякова вручили десантникам сделанные ими автоматы. На каждое отделение выдавалось по ручному пулемету, хватало патронов и гранат.
Вспоминает Смолов и такое. На катерах, среди команды, находились люди, хорошо знавшие особенности южного побережья Финского залива, некоторые из них в мирное время были яхтсменами.
За катерами цепочкой тянулись привязанные к ним шверботы и ялы.
Позднее, в госпитале, Смолов, занимавшийся в мирное время в вузовском литературном кружке, напишет:
Но тогда ему было не до стихов.
Бойцы знали, что их десант уже не первый, вспоминали высадившихся в Петергофе.
— Мы должны им помочь! — говорили они друг другу.
…В сумрачной дождливой тьме угадывался стрельнинский берег. Катера подошли совсем близко, были видны разведенные немецкими патрулями большие костры. По воде длинными щупальцами шарили фашистские прожекторы.
— Приготовиться!
Кронштадтцам, видно, это невпервой. Деловито осмотрелись, перемахнули через борт, с тяжелым снаряжением ушли в коварную тьму, к берегу.
Под ногами Смолова чавкает ил, в сапоги натекла вода, тело пронизывает ледяная дрожь. С берега по высаживающимся бьют минометы. Некоторых накрывает на подходе. Но большинство уже на берегу.
Смолов следует за высоким пограничником Хаджи-Муратом Бикбулатовым — это бывалый воин. Рядом молоденький студент ЛЭТИ Сергей Шипурев.
Натиск десантников ошеломил береговую охрану.
Через трупы врагов, мимо костров, высадившиеся стремятся вперед, в глубину немецкой обороны, восточнее завода «Пишмаш».
Асфальт! Ей богу, под ногами асфальт!
— Мы на Петергофском шоссе! — кричит товарищам Смолов.
Слева слышен рев мотоциклов. Десантники забрасывают фашистских мотоциклистов гранатами.
Впереди тускло светит окошками приземистое здание. От него идут телефонные провода.
Без шума подбираются туда бойцы. Пока одни перерезают провода, другие врываются в дом, расстреливают охрану штаба берегового батальона.
Наверное, немцы успели передать в тыл о высадке десанта. Ночь наполняется грохотом выстрелов. В небо взлетают разноцветные ракеты. На машинах из тыла спешит подкрепление. Десантники отходят к прибрежной лощине. Оттуда тянет тленом, шинели словно примерзают к рытвинам. Надо оторваться от земли, отстреливаясь, спуститься к берегу.
Враги теснят десантников.
Жалко, что мало сил! И все-таки фашисты не спали в эту ночь, не будут спать и в следующие.
Ленинград на страже, Ленинград учится сам наносить ответные удары.
Скрываясь в камышовых зарослях, вдоль берега отходят уцелевшие десантники к передовой, к своим.
Завтра Смолов и его боевые друзья вновь будут участвовать в сражении под Урицком.
…Восьмого октября 1941 года фашисты на берегу Финского залива испытали еще один грозный удар Ленинграда.
