Иван любил ее властно и просто, как в старину, без прелюдий и романсов. Вера чувствовала себя возлюбленной самого мужественного, смелого и мудрого деревенского мужика.
Но всему есть свой конец. За темно Ваня стал опять Иваном Илларионовичем, местным электриком, и он ушел в свой купеческий дом, а Вера пошла в стайки, поить и кормить скотину, не разрешая себе засомневаться в праве на грешную любовь без брака.
Потом взошло солнце Нового Года. Дети проснулись поздно, и тут же побежали в зал посмотреть под елкой подарки. Их радость была неподдельной. Дед Мороз выполнил свое обещание и под елкой лежали подарки.
– Мама, ты видела Деда Мороза?
– Конечно, видела, разве вы сами не слышали, как утром на него тявкал Пират? Но Дед Мороз так спешил, что чуть не споткнулся на пороге. Вы можете посмотреть его следы на крыльце.
Дети выбежали на крыльцо.
– Ого, какие большие следы Деда Мороза! Он что, на нашем дворе хороводы водил? – в восхищении произнес Витя, глядя на следы от подшитых валенок ночного гостя.
Счастье светилось в глазах женщины и на следующий день. Ее сердце замирало от ожидания скорого признания в любви от мужчины, с которым она провела прекрасную новогоднюю ночь. Но признания не последовало и через неделю. Все оставалось так, как и было в Старом Году.
Сначала, выйдя на работу после праздников, Вере никак не удавалось скрыть своей радости от грядущих перемен в ее судьбе и, ни с того, ни с сего, ей очень захотелось хоть с кем-нибудь поделиться почти осуществившемся счастьем.
Радушная Наталья Александровна, фельдшер детского кабинета, с интересом выслушала новогоднюю историю врачихи, главным героем которой был местный бобыль Иван. А уже через неделю та же Наталья Александровна сочувствием утешала Веру в своем кабинете, потому что история про Ивана и Веру не имела продолжения. И тогда-то и прозвучала Верина неосторожная фраза, которая позже имела большие последствия.
– Ох, Наталья Александровна, вы знаете, я бы хотела родить от него сына, с такими же кругленькими маленькими глазками. Пусть рождение сына будет мне хорошим назиданием на будущее, принимать в своем доме посторонних мужчин. … Кстати, у Ивана Илларионовича ведь нет собственных детей?
– Нет, он бездетный.
Вера сразу почувствовала, что проговорилась. Она сказала лишнее, очень личное.
Наталья Александровна пытливо ждала продолжение рассказа и по ее розовощекому лицу пробежала тень неудовлетворенного любопытства, но добавить к сказанному Вере было уже нечего, она сама не понимала, кто ее за язык потянул, выболтать то персональное, о чем не делятся даже с друзьями. Но слово – не воробей, если вылетело, то не поймаешь. Вздохнув, Вера отправилась на обход больных в отделении.
Учеба в Тюмени ей пошла на пользу. Страха перед взрослыми больными у нее больше не было.
На рождество, Вера потеряла терпение, и сама позвонила Ивану Илларионовичу, каря себя за слабохарактерность. Не успела она положить трубку телефона на рычаг, как Иван в валенках и тулупе нарисовался у ее порога. На дворе стояли рождественские морозы.
– Однако, я долго ждал твоего звонка, – вместо приветствия сказал мужчина, быстро сбрасывая свою одежду на пол в темноте теплой спальни.
– Ты ждал, что я позвоню тебе c экстренным сообщением, что у меня началась течка? Ты не перепутал ли мой адрес с фермой?
– Вера, ну зачем нужно так много говорить? Давай будем наслаждаться тем, что дает нам жизнь. Заниматься любовью и радоваться ночи, которая все покроет, ведь так это было всегда.
Иван не догадывался, что какое тревожное чувство зародилось в ее сердце после его успокоительных слов.
В наслаждении от близости с деревенским любовником она уже не теряла голову, и голос рассудка хладнокровно предрекал хозяйке скорое окончание этой порочной связи, но вместо того, чтобы порвать отношения достойным образом, она продолжала нежиться под боком у Ивана и в любовной неге гладила пальцем его черты лица, чтобы запомнить их, хотя бы наощупь. Провожая гостя перед рассветом на крыльцо, Вера приняла решение больше никогда не звонить ему, ни в нужде, ни просто так. Иван этого решения женщины не знал, и он просто не звонил Вере, ни вечером, ни днем.
Незаметно подошло крещение.
Катюша любила гадание и мистические тайны новогодних праздников, которые можно было назвать народным фольклором. Старшая дочь долго уговаривала маму опять погадать с ней и ее подружками на блюдце, но Вера не согласилась.
После того ужаса, который она пережила при последнем гадании в совхозе Мирный, женщина дала себе зарок больше не допускать гаданий в доме и твердо стояла на этом. Катя, обидевшись, ушла гадать к подружке, а Вера, прислонившись к теплой печке спиной, незаметно для себя вспомнила то гадание на блюдцах тогда, после которого в ее доме случился пожар.
