Ара-губа довольно глухое место, кругом одни скалы, на берегах пусто, нет ни одного домика. Весь состав ‑ военные в форме ВМФ. Жили они прямо на дебаркадере. .Делали они, в основном, мелкий ремонт.
Ремонтировались мы, в основном, своими силами. У нас была мощная команда мотористов в БЧ-5, возглавляемой кап. 3-горанга Краузе. Основная рембаза на Севере находилась в поселке Роста в 7-ми км к югу от Мурманска, где мы стояли в доке в конце 51-го года. Там целый огромный завод, а с мелким ремонтом отправляли в Ара-губу.
До захода в Ара-губу ушел на повышение Сошальский и на корабль пришел другой штурман – старший лейтенант Пономарев. Как вскоре выяснилось, это был совсем другой человек. Холеный барин-франт лет под 40 с сексуально озабоченной наглой физиономией. А меня незадолго до этого избрали секретарем комитета ВЛКСМ корабля.
Здесь, в Ара-губе произошло два интересных события.
Первое событие. Как секретарь, я решил провести культмероприятие. Пришел на дебаркадер и предложил провести соревнование – матч по шахматам. Надо сказать, что на корабле меня редко кто обыгрывал, т.е. я считался хорошим шахматистом, но у меня не было даже 3-го разряда. Договорились играть на шести досках. Меня, как лучшего, посадили на первую доску. И вот начался матч….. После третьего хода я почувствовал, как мой визави меня здорово прижимает, и на десятом ходу мне ходить уже было некуда, куда ни сунься, везде мат! Пришлось сдаться. За мной последовательно сдались все пять моих коллег. После матча мне сказали, что со мной играл кандидат в мастера спорта по шахматам. И мне было не очень стыдно, хотя и неприятно
Второе событие. Вожусь с чем-то в гиропосту, готовя аппаратуру к предстоящему походу. По телефону звонит новый штурман. Попросил принести к нему в каюту гитару. С гитарой вхожу в каюту и….обомлел! Дым коромыслом, стойкий запах спиртного, посреди каюты, вокруг импровизированного столика с закуской и водкой, сидит компания из пяти или шести захмелевших офицеров и молодая женщина! Из наших офицеров там был, кроме Пономарева, еще один молодой офицер из БЧ-5, недавно прибывший в помощь Краузе в БЧ-5.
Для меня это был шок!!! Женщина на корабле!! Как она попала на корабль, ведь у трапа стоит вооруженный часовой? И коллективное распитие офицерами водки на корабле! Я не был бы так поражен, если бы увидел в подобной ситуации матросов или старшин. (У меня всегда был спирт для обслуживания аппаратуры, штурман Сошальский ежемесячно выдавал мне по 500г, и ко мне иногда кто-нибудь из друзей заходили в гиропост с просьбой отоварить по возможности. И я давал понемногу, но сам его не пил. Другое дело в увольнении. Хотя и там это делалось так, чтобы не нарваться на патруль – тут же арест до 10-ти суток, в зависимости от состояния… Пономарев мне спирт ни разу не выдал, и мне это казалось странным и обидным.). Отдал гитару и вернулся в гиропост. И забыл про этот изумительный факт.
В начале июня мы вышли в первый большой поход 52-го года. Взяли на борт двух флотских офицеров и двух старшин с какой-то аппаратурой. Официальная цель похода ‑ уточнение координат и возможности подхода к берегам некоторых островов. Но была и секретная, о которой я догадался только через год. (Вообще, команде никогда не объявлялись цели и задачи походов. Даже в секрете держалась дата начала похода).
Через 1,5 суток мы пересекли меридиан Каниного мыса, а это значит, что экипажу корабля пошел шестерной оклад. Обратно мы пересекли этот замечательный меридиан через 10 суток. Подзаработали прилично. На эти деньги я купил новейшие часы «Победа» с самозаводом (привезли из Москвы отпускники), и осталось немного на отпуск. (В 53-ем году эту льготу заменили на полуторный оклад).
Первая стоянка была на о. «Колгуев».
Здесь я увидел, как ненцы живут и как питаются. Я зашел в домик, и мне предложили поесть строганину, обмакивая ее в миску с кровью только что зарезанного оленя. Я отказался. У ненца я купил 6 невыделанных оленьих шкур. В октябре я должен был ехать в отпуск, запланировал взять их в Москву.
И впервые близко пообщался с белым медведем, вернее с крупным медвежонком. Он был на цепи. У меня было фото, как я что-то с опаской ему протягиваю с руки, а он натянул цепь и пытается достать. На острове в то время стояло несколько юрт, два деревянных домика и магазин, в котором я впервые увидел в продаже пол-литровую бутылку с этикеткой «СПИРТ» и чуть пониже мелкими буквами «питьевой». Стоила она 6 рублей! (А водка в Москве тогда стоила 2,87р за бутылку) Здесь меня поразили ездовые собаки – огромные добродушные псы с мощными лапами.
