Жизнь не только борьба полностью

Моя «Копейка». После 17 лет интенсивной эксплуатации, начала сдавать. В основном здорово пошел кузов, хот я за ним все эти годы тщательно следил и ухаживал. Пол в зоне водителя прогнил до дыр, прогнили нижние части дверей и крыльев. Двигатель после второго капитального ремонта(с расточкой цилиндров) начал немного дымить – она пробежала за эти годы около 200 тыс км. (Это – ежедневные поездки на работу (50км в оба конца) и еженедельно дача – 150км в оба конца) Я понял, что машину пора менять. И подвернулся покупатель через знакомых, какой-то чудак– милиционер. За 2,5 тыс $ я ему её отдал. И тоже через знакомого коллегу нашел человека, желающего продать пятилетнюю 2106 в хорошем состоянии. Сошлись на 4,5 тысяче.

Не менее важным событием было приобретение бензопилы. Все годы жизни на даче приходилось мучиться с дровами для душевой колонки – кругом мощный лес, много сухостоя, а двуручной пилой особенно не попилишь, тем более один. В 97г в одном из частных магазинов «Хозтовары» появились американские бензопилы. И я решил купить, хотя с деньгами было плоховато. Выбор был небольшой, и я взял пилу средней стоимости с шиной 16 дюймов. И вопрос с дровами был решен кардинально.

С появлением у меня б/пилы (больше ни у кого их не было в нашем сад. товариществе) решился и вопрос с валкой «угрожающих» деревьев. (Когда я был еще председателем, ко мне приходили садоводы с просьбой убрать нависающие над домом деревья – могучий лес стоял сразу за задним забором и некоторые экземпляры стали здорово беспокоить. Особенно во время непогоды с ветром). И я решил освоить этот довольно опасный, как оказалось, процесс. (Не помню точно в каком году, замечательный актер театра Маяковского Ромашев погиб во время валки дерева у себя на даче). Нашлись помощники – сын моей бухгалтерши, майор в отставке В. Устинов – у него была хорошая портативная 5-ти тонная лебёдка «Лягушка», и наш сторож. Тариф мы назначали примерно в 2 раза меньший, чем у лесхозовских ребят – свои ведь люди и, в основном, бедные.

В конце 98 года, после дефолта, произошел один эпизод с Сергеем, врезавшийся в память своей неожиданной бестактностью на грани грубости по отношению ко мне.

Со слов Зины, он уже работал в системе Международной Сотовой Связи (ОАО «МСС»), располагающейся в здании правительства Москвы на старом Арбате – я однажды там был, кажется д.13 (могу ошибиться), в кругах, близких к дирекции. Уже 2 года у меня с ним никакой связи не было, он мне не звонил, на дачу не приезжал. (Тогда, конечно, я и предположить не мог, что разрыв приобретает катастрофические размеры).

Ко мне обратился М.Е. Кутейников с просьбой, не мог бы я позвонить Сергею по поводу устройства к нему на работу его сына Юрки после окончания какого-то вечернего института (какого не помню). В связи с дефолтом, он оказался без работы. У него уже была семья и малый ребенок – парня надо было срочно устраивать.

Я позвонил Сергею, чтобы он лично поговорил с Юркой, сообщил, что Кутейников мой начальник, друг и Юрке надо помочь, может быть, он ему подойдет.

Ответ был неожиданно очень неприятный – я такого не ожидал: «Разговаривать с ним я не буду, пусть напишет Резюме и оставит на входе у охраны, секретарь потом мне его передаст».

Бедный Юрка быстро сочинил резюме, я его прочитал, нормально написанная бумага, и он отнёс Резюме на Арбат. Прошло несколько дней. Сергей молчит. Я решил позвонить ему. И услышал слова, произнесённые сухим официальным тоном: «Мне шофера не нужны». И положил трубку. Меня аж перекорёжило от такого хамства по отношению ко мне и, косвенно, к моему другу и его сыну. Кутейникову я что-то наврал, чтобы он не переживал. (Правду о том, что мне тогда ответил Сергей, я ему рассказал 17 февраля 2010г – я его попросил вспомнить, когда произошел этот инцидент. Он вспомнил). Так с отцом не разговаривают! И я вспомнил его посещения меня в урологии 6-й КБ в феврале 95 года, когда я чуть дышал после полостной операции – удаления камня из мочевого пузыря. Тогда я первый раз подумал об этом. И вот опять! Кошмар! Что случилось с моим сыном?