Господам Смиту, Элдеру и К.
Джентльмены,
«Экземинер» дошел до меня сегодня; он заплутал из-за адреса: «Карреру Беллу, через посредничество мисс Бронте». Позвольте заметить, что в будущем лучше не писать имени Каррера Белла на внешнем конверте, а направлять его непосредственно мисс Бронте: в этом случае письма будут доходить лучшим образом. Каррера Белла не знают в здешних местах, и мне не хотелось бы, чтобы его узнали. Заметка в «Экземинере» доставила мне большое удовольствие. Похоже, она вышла из-под пера весьма способного человека, который понимает то, что берется критиковать. Разумеется, похвала такого издания не может не вдохновить автора и должна сказаться самым благоприятным образом на продажах произведения.
Остаюсь ваш, джентльмены, покорный слуга,
Я получил также семь других рецензий из провинциальных газет, которые были вложены в конверт. Искренне благодарю вас за то, что вы столь пунктуально присылаете мне разнообразные критические отзывы о «Джейн Эйр».
Господам Смиту, Элдеру и К.
Джентльмены,
я подтверждаю получение вашего письма с вложением банковского чека – большое спасибо. Я уже имел случай выразить свою благодарность за вашу доброту и благородство и могу теперь только добавить: надеюсь, вы будете всегда так же довольны сотрудничеством со мной, как я с вами. Если результат тех усилий, которые мне удастся предпринять в дальнейшем, покажется вам удовлетворительным, я буду весьма рад. Если же у вас возникнут сожаления о том, что вы согласились стать моими издателями, это меня сильно огорчит.
Вам не нужно извиняться, джентльмены, за то, что вы редко мне пишете. Разумеется, я всегда рад весточке от вас, но я буду столь же искренне рад известиям от мистера Уильямса. Это мой любимый критик с давних пор: он был первым, кто внушил мне желание попробовать свои силы в писательстве, – неудивительно, что я испытываю к нему чувства уважения и благодарности.
Прошу простить некоторую вольность этого письма и остаюсь ваш, джентльмены, искренний слуга,
До нас дошло немного свидетельств того, каким образом первые известия о поразительном успехе достигли трех сестер и как эти новости были восприняты. Однажды мы с Шарлоттой беседовали об описании ловудской школы, и она сказала, что если бы могла предугадать, насколько быстро в этой главе распознают Кован-Бридж, то, вероятно, не стала бы писать это. Тогда я спросила, была ли для нее неожиданностью та популярность, которую завоевал роман. Немного помедлив, она ответила: «Мне кажется, те вещи, которые сильно волновали меня, когда я писала эту книгу, должны столь же сильно взволновать любого ее читателя. Меня не удивило, что роман „Джейн Эйр“ вызвал интерес, но я не могла и надеяться, что книга никому не известного автора найдет читателей».
