Вероятно, не будь этого еле слышимого звука, и сознанию не за что было бы зацепиться, чтобы
вытянуть себя в реальность. Однажды Роман планировал-спорил с Ниной,
очередь, если у них, наконец, появятся деньги: холодильник или телевизор. Так вот, оказывается,
не то и не другое. Самое необходимое для них сейчас – это обычный транзисторный приёмник.
Они уже глохнут тут от тишины, о которой так мечтали в городе, и тупеют от недостатка
информации. Удивительно, что тишина обладает каким-то наркотическим свойством: она давит, но
её не хочется нарушать. Она втягивает в себя всё больше и, кажется, постепенно сводит с ума.
Сегодня Роман и себя самого с большим трудом выгоняет на пробежку и, пока бегает, созревает
окончательно: приёмник нужно всё-таки купить! Вернувшись в дом, он, отодвинув планируемые
дела, вытряхивает из кошелька весть наличный капитал. Набирается тридцать два рубля. А ведь
ровно столько, из рубля в рубль, стоит транзисторный приёмник, стоящий на полке промышленного
магазинчика, рядом с которым они живут. Это последние деньги, и если их потратить, то останется
лишь мелочь, которой не хватит и на булку хлеба. Этот расчёт отрезвляет. Роман прячет деньги, но
мысль, что если взять их, пойти в магазин и уже минут через пятнадцать, а то и меньше заполнить
звуковую пустоту вокруг себя голосами людей, музыкой, новостями, не даёт покоя. Это не
сравнится даже с хлебом. А, кстати, каким сюрпризом станет эта покупка для Смугляны! Он
специально не скажет ей о приёмнике, пока она в больнице, но когда, вернувшись домой, Нина
услышит в своём обычно беззвучном доме музыку, то будет просто в шоке!
Роман на большие шаги идёт в магазин, но, к его огорчению, дешёвый приемник, которым он
давно уже любуется на полке, единственный и неисправный. Продавщица, полноватая,
добродушная женщина, сидящая в полутёмном, сыром магазине в какой-то оранжевой, чуть ли не
железнодорожной жилетке, предлагает ему другой приёмник, за шестьдесят рублей. Конечно, это
уже приёмник так приёмник, который, наверняка, и волн ловит куда больше, да на что его купить?
Роман лишь виновато вздыхает, разводит руками и уходит.
В глухой молчаливый дом его, кажется, и ноги не несут. Издали он видит на дороге какую-то
зелёную бумажку, а, подойдя ближе, испытывает нечто вроде тягучего столбняка – на укатанной
песчаной дороге не только зелёная, но ещё несколько синеньких и даже одна красненькая бумажка
– десятка. Деньги, лежащие ворохом, нехотя шевелит воздух. Роман оглядывается по сторонам,
пытаясь понять, кто потерял деньги, но и на улице, и на берегу – ни души. В одно мгновение, в
течение которого он подбирает деньги, переживается целая эпоха нравственных падений и
подъёмов. Что делать с находкой? Повесить у магазина объявление? Или смолчать? Конечно, по
совести-то надо найти владельца, но, с другой стороны, кто ещё в посёлке так нуждается сейчас в
деньгах так, как они с женой? Может быть, такое везение выпадает им не случайно? Да ведь
теперь у него может хватить и на приёмник за шестьдесят рублей. Или не хватит? Сунув деньги в
другой карман, чтобы не перепутать со своими, Роман как можно спокойней, чтобы не вызвать
подозрений у какого-нибудь случайного прохожего, шагает к своей ограде. Домашний пересчёт
ввергает в растерянность – ровно тридцать два рубля! Удивляет и другое совпадение: найденные
купюры точно такие же, как у него. Их можно даже сравнить. Роман суёт руку в карман со своими
деньгами, но там пусто! «Потерял!» – ужасается Роман, потрясённый тем очередным, уже
совершенно невероятным совпадением, что, оказывается, можно одновременно потерять свои
230
деньги и найти чужие. Сегодня что, день какой-то аномальный? Запустив пальцы в волосы и сжав
голову, Роман минуты две смотрит на деньги, пока не узнаёт их – да они же свои и есть! Сначала
он их потерял, а потом нашёл. Теперь остаётся пережить лишь это очередное, но вполне законное
потрясение своей тупостью. Ситуация не кажется даже смешной. А вообще-то ему просто повезло,
что найденные деньги оказались своими. Нашёл бы чужие, то вряд ли бы вернул, потому что денег
страшно не хватает. А если б не вернул, то, потом съела бы совесть… Да уж, жизнь испытала его
на пустяке, показав, каков он на самом деле. Как быстро решил он выбор в свою пользу и даже
оправдание успел найти – они самые нуждающиеся! И сколько же дней его совесть могла бы
довольствоваться таким доводом? Ситуация с расчётом не столько смешна, сколько унизительна –
ведь надо же было из-за этой мелочной суммы пойти на сделку с совестью! Вот что значит тишина
и замкнутость… Приёмники по тридцать два рубля есть в другом магазине, который в центре
посёлка – надо всё же съездить и купить. «Жаль, конечно, что не вышло купить этот, за шестьдесят
рублей, – думает Роман, – жаль, что всё так нелепо сорвалось…» И после этой мысли ему уже не
остаётся ничего, как развести руками перед самим собой.
Приёмник, купленный в центре посёлка, он включает прямо перед прилавком, да так с музыкой
и выходит на крыльцо. И снова совпадение, но теперь уже вполне «нормальное» – как раз пикают
