Самое сложное – разжать руки и отпустить, когда жена в твоих объятиях и могла бы там оставаться. Один раз он уже потерял контроль, с тех пор избегал встреч с Линеллой, опасаясь, что это повторится вновь. Рядом с ней из взрослого, рассудительного мужчины он превращался в мальчишку, способного на безумные поступки. Это и нравилось ему, и пугало.
Увлекшись игрой, он упустил момент, когда Линелла стала для него смыслом жизни. Она действовала на него как «Чары» на тех, у кого нет предрасположенности к магии, – они привыкали, становились зависимыми. Как они подсаживались на магию, так он подсел на Линеллу.
Он страдал каждую минуту вдали от нее, мучился от ревности. Где она? Чем занимается? С кем разговаривает, кому улыбается, а может – что совсем невыносимо! – флиртует с другим. Он возненавидел мужчин. Его бы воля, всех уничтожил. Но приходилось наблюдать, как они вьются вокруг Линеллы.
Пытка усиливалась с каждым днем, росла в геометрической прогрессии. Отныне и навек он приговорен, он больше не может обходиться без нее. Будь проклят тот день, когда они встретились! Когда он сам загнал себя в ловушку любви.
Хуже всего, что в этой ловушке он запер и Линеллу. Правильнее будет ее отпустить. Отказаться от мечты о нормальной жизни, от желания, чтобы его любили таким, какой он есть, а не его очередную маску. Хватит притворства. Он устал быть кем-то другим. Но примет ли жена его таким, каков он есть?
Может, разумнее уступить более удачливому сопернику? Капитан магполиции явно нравится Линелле. Пускай пока это поверхностное чувство, оно в состоянии перерасти в нечто большее. Кто он такой, чтобы мешать?
Именно из желания поступить так, как будет хорошо для Линеллы, он держал дистанцию и перестал ее навещать. Это было тяжело, но лучше так, чем испортить ей жизнь сильнее, чем он уже испортил.
Благодаря указаниям мужа я выбралась из задней части дома без последствий. И, что интересно, меня никто не преследовал. Уж не знаю, что мистер Никто сделал с той троицей, да и мне все равно. Зато впредь не будут пугать беззащитных девушек.
Первой, на кого наткнулась в холле, была Эльза. Она лучше ориентировалась в Пристанище и спаслась без посторонней помощи.
– Ты жива и здорова! – Эльза обняла меня. – А я уже организовала поисковый отряд, – указала она на своих коллег. Я насчитала аж девятнадцать девушек, не думала, что кому-то здесь есть до меня дело. Приятно выяснить, что я ошибалась.
– Я в порядке, не переживай.
Но Эльза еще не скоро выпустила меня из объятий, а когда я наконец получила свободу, она держала меня за руку, словно опасалась, что я снова потеряюсь.
– Скажи, как я могу загладить свою вину? – спросила Эльза, когда девушки разошлись по своим делам и мы остались в холле одни. – Что мне сделать?
– В том угаре, в каком мы неслись по коридорам, немудрено было разминуться, так что ты не виновата. Но ты действительно в состоянии мне помочь, – ответила я. – Сегодня я иду в театр.
– Хочешь, чтобы я помогла тебе подготовиться?
– Это само собой, но мне предстоит кое-что сделать… – Я замялась. – Не знаю, как объяснить.
– Мне ты можешь сказать все.
Я взглянула на Эльзу. И правда, чего стесняюсь? Девушку легкого поведения мой вопрос вряд ли вгонит в краску.
– Мне надо поцеловаться с одним мужчиной, – пояснила я. – Но пока он не горит желанием меня целовать. Как его подтолкнуть?
Эльза молча хлопала ресницами, переваривая информацию. Я ее не торопила. Возможно, сейчас в ее голове рушился идеальный образ меня – верной жены и воспитанной девушки из высшего общества.
– Зачем? – спросила она.
– Это долго объяснять, – отмахнулась я. – Всего один поцелуй, ничего такого. Поможешь?
– А как же твой муж?
– Не исключено, что целоваться мне предстоит именно с ним.
Эльза открыла рот – задать очередной вопрос, да так молча его и закрыла.
– Не хочу знать подробности, – в итоге заявила она. – Это слишком сложно для меня.
Я кивнула. Для меня, если честно, тоже.
Мы поднялись в мою комнату, где, помогая мне одеваться и причесывая меня, Эльза одновременно проводила инструктаж по поцелуям.
– Сейчас подкрасим губы, сделаем их сочными и чувственными, – говорила она, нанося блеск. – Это пробудит к ним интерес. Но еще лучше, если ты сама привлечешь к ним внимание.
– Как?
– Оближи губы или прикуси. Притворись, что в глаз попала соринка, и попроси мужчину помочь, а когда он наклонится к тебе, приоткрой губы, словно ждешь его поцелуя. И вообще держись к нему поближе, касайся его как будто невзначай. Но не будь навязчивой. Это может оттолкнуть.
– До чего сложно! – вздохнула я.
– Это только на словах, – успокоила Эльза. – Мужчин ничего не стоит соблазнить. Если уж девушка не смогла добиться от мужчины поцелуя, значит, она жуткая дурнушка. Но ты не такая. Ты у нас хорошенькая, так что проблем не будет.
Я улыбнулась отражению Эльзы – я сидела лицом к большому зеркалу, а она стояла сзади, подкалывая мне волосы. Слова девушки вселили в меня надежду. Держись, маркиз де Гир, я иду тебя целовать!
