Однако меня точно сейчас никто не слышал. И через несколько секунд ворота, через которые выпускали зверей, на арену вытолкнули безоружного человека, руки которого были связаны. И вот это мне не понравилось ещё больше. А зрители в это время уже скандировали:
— У-бей! У-бей!
Однако у меня на этот счёт имелись совсем другие планы. Да, возможно я прикончу гадёныша, выпустившего против меня двух псин, но только при условии, что он виноват. И у меня был способ проверить это. Я шагнул к последнему убитому зверю, выдернул из его тела меч, и направился к смотрителю. Тот попятился, пока не уперся спиной в прутья решетчатой двери. Пора.
— Ты по собственной воле выпустил против меня двух сутулых псин?
— Да. — деревянным голосом ответил смотритель. «Дыхание жнеца» сработало.
— Зачем тебе это?
— Мне заплатили десять миллионов кредитов.
— Ради моей смерти? — удивился я.
— Нет. Ради того, чтобы распорядитель Джамес потерял авторитет.
— Понятно. И кто заказчик?
— Не знаю. — ответил смотритель. Невысокий, но широкоплечий, он был, скорее всего, сильным бойцом. Только это ему не поможет.
— Протяни ко мне руки. — приказал я. Едва смотритель выполнил приказ, я срезал мечом веревки, не заботясь особо о целостности смертника. Затем вогнал острие клинка в песок, и отошёл на три шага, бросив бедолаге: — Возьми оружие, и атакуй. Убей меня мечом.
— Да. Убить! — лицо смотрителя исказила гримаса злобы. Похоже мой приказ совпал с его истинными желаниями. Нужно будет запомнить этот эффект.
Я легко смог уклониться от броска — противник решил метнуть оружие. Следом и он сам бросился вперёд, собираясь атаковать меня кулаками. Пришлось шагнуть в сторону, и с силой крутануть лом. Удар пришёлся точно в висок, сминая кости черепа — после такого не выживают. Уф-ф, надеюсь, на сегодня всё закончилось. И как же, Бездна, хорошо, когда вокруг тихо.
— Альфа! Альфа! — взревели трибуны. Проклятье!
— Я видел, ты задал ему вопрос. И этот предатель ответил! — распорядитель вёл себя слишком возбужденно, что для него было несвойственно. — Что он ответил⁈
— Господин Джамес, вам не кажется, что это я должен задавать вопросы? — я пристально посмотрел своим глазом на человека, по чьей вине мог погибнуть на арене. — У нас договор, с четко прописанными условиями.
— Да плевать на этот договор! — повысил голос распорядитель. — Альфа, ты за первый выход на арену заработал порядка двадцати миллионов! На моей памяти такого ещё не было. И я заплачу тебе ещё два раза по столько же, только ответь, что сказал тебе этот смотритель?
— Тебе это не понравится. — я тоже перешёл на ты.
— Лови вознаграждение. Двадцать миллионов твои, и сорок сверху. Только ответь. — Джамес резко успокоился. А мне действительно тут же пришло оповещение от нейросети, что некто пополнил мой счёт на солидную сумму. Так вот что привлекает гладиаторов — кредиты.
— Смотритель сказал, что его кто-то подговорил сделать всё, чтобы подставить распорядителя. Заплатили десять миллионов. С кем он заключил договор, ему не известно.
— Десять миллионов кредитов, говоришь? — Джамес окончательно взял над собой контроль. — Серьёзная сумма для должности смотрителя. Знаешь, если бы ты не выиграл бой с псинами, то меня скорее всего сняли бы с должности. Однако ты победил. Да ещё и стал любимчиком публики. Возможный коэффициент ставки на тебя изменился уже трижды после окончания боя.
— Что это значит? — заинтересовался я.
— Для тебя — уровень дохода. Не берусь прогнозировать, но скорее всего победа в следующем бою принесёт тебе пятьдесят миллионов. Очень уж ты понравился зрителю. Действуешь жёстко, профессионально, словно всю жизнь сражался с хищниками. Наверное сделаем это твоей фишкой, если захочешь заключить долгосрочный контракт. Но сначала выживи в бою с вольником и рабом.
— Третий бой будет с рабом? — нахмурился я.
— Скорее всего. Да, совсем вылетело из головы. — Джамес хлопнул себя по лбу. — У вас, вольных гладиаторов, есть возможность наблюдать за поединками с трибуны. Специальный сектор на третьем ярусе. Не желаешь ли посмотреть? Настоятельно рекомендую, ведь так ты увидишь в бою своего будущего противника. Ну, или будете сидеть рядом. Травм у тебя нет, так что следующий бой назначен на завтра. Что скажешь?
— Мне бы кровь смыть, и переодеться. — ответил я.
— Хорошо. Твой раб поможет добраться до нужного места. Вот, держи пропуск. Обычно его дают только тем, кто провёл три боя, но ты, по факту, убил на арене уже четверых, так что заслужил.
Душ, чтобы смыть пот и кровь, затем переодеться в чистое — на всё ушло пять минут. Так что вскоре я уже шёл следом за Кульхой по длинным изогнутым коридорам и коротким крутым лестницам, скрытым в недрах гигантского сооружения. Иногда до нас доносился рёв зрителей, но я уже испытал его, побывав в эпицентре внимания. И если честно, мне не понравилось. Было в эмоциях, идущих от трибун, нечто мерзкое, гнилое, трусливое. Люди радовались чужой смерти, когда сами находились в безопасности.
