Жнец у ворот полностью

– Волны океана колеблются, а удел человека – плыть по волнам. Ветер дует, сильный и холодный, а удел человека – защищаться от ветра. Земля содрогается и трескается, поглощает и разрушает, а удел человека – ходить по земле. Так же и со смертью. Я просто не могу меняться, Элиас. Меняться – дело твое.

– Я больше не чувствую себя собой.

– Так и есть. Ты больше не ты. Ты – это я. А я – это ты. Поэтому мы сможем переправлять призраков и избавлять твой мир от их нападений.

Он умолкает, и Антиум скоро остается позади. Вскоре я забываю о войне. Забываю лицо девушки, которую любил. Я думаю только об одном – о своем предназначении.

Все идет так, как должно.

Кухарка находит меня возле конюшен через несколько минут после того, как Элиас уходит. Я все еще гляжу ему вслед, не в силах поверить. Это совершенно другой Элиас, не тот, которого я видела всего две недели назад. Не Элиас, который вытащил меня из ада, куда поверг меня Князь Тьмы, и который говорил, что мы найдем какой-нибудь способ быть вместе.

А потом я вспоминаю его слова. «Если я покажусь тебе другим, ты только помни, что я тебя люблю. Что бы со мной ни случилось».

Небеса, что же случилось с ним? И что за сила пробудилась во мне и набросилась на него? Я думаю о том, что Князь Тьмы сказал мне в Адисе: «Ты не знаешь собственной темноты, той, что у тебя в сердце».

Не думай сейчас об Элиасе, Лайя. Разум мой работает лихорадочно. Город пал. Я проиграла. А рабы-книжники заперты здесь. Антиум окружен с трех сторон. Только северная часть города, растущая из горы Виденнс, не окружена карконами.

Именно там мы с Кухаркой вошли в город, и тем же путем отсюда выйдем. И выведем за собой книжников.

Я слишком хорошо знаю чувство, которое сейчас охватывает меня. Это ощущение полной беспомощности. Осознание, что все мои труды, все страдания ничего не значат. Все ложь. Мир жесток и беспощаден, и в нем нет ни любви, ни справедливости.

Я уже переживала это чувство, и вот теперь оно снова со мной. В этом мире – этом огненном аду, полном крови и безумия – справедливость существует только для тех, кто берет ее силой. Тот же, кто не из таких, от рождения проклят.

– Девочка, – окликает меня Кухарка с улицы. – Что с тобой случилось?

– В посольстве Маринна все еще пусто? – спрашиваю я, спеша за ней подальше от звуков битвы. – Карконы захватили тот квартал, или мы можем уйти прежним путем?

– Мы можем уйти.

– Хорошо, – отвечаю я. – Тогда мы соберем столько книжников, сколько сможем. Ты меня понимаешь? Я собираюсь отправлять их к тебе, а ты встречай их у посольства. И говори им, куда они должны идти.

– Карконы уже прорвались на второй уровень. Они дойдут до квартала посольства через несколько часов. И что ты тогда будешь делать? Нет, бежим со мной, и прямо сейчас. Пусть книжники сами думают, как им выбраться.

– Они не выберутся, – отвечаю я. – Потому что никакого другого пути нет. Мы окружены с трех сторон, а горного прохода они не знают.

– Тогда пусть им помогает кто-то другой.

– Нет никого другого! Есть только мы.

– Это дурацкая и опасная идея, – говорит Кухарка. – Мы обе из-за нее погибнем.

– Я у тебя никогда ничего не просила, – говорю я и хватаю ее за обе руки. Она морщится и пытается отдернуть руки, но я держу ее крепко. – У меня просто не было такой возможности. А теперь я прошу тебя – сделай это для меня. Пожалуйста. Я буду собирать их и отправлять к посольству. А ты выведи их из города.

Не дожидаясь ответа, я разворачиваюсь и бегу по улице, зная, что она не откажет мне после того, что я ей сказала.

Квартал книжников охвачен паникой. Люди лихорадочно собирают вещи, ищут своих родных, обсуждают, как бы выбраться из города. Я останавливаю девушку-подростка, которая бежит к главной площади. Она совсем молоденькая, на несколько лет младше меня.

– Куда все собрались? – спрашиваю я.

– Никто сам не знает! – кричит она. – Я не могу найти маму, а меченосцы все ушли. Наверное, идет эвакуация горожан, но нам ничего об этом не сказали!

– Меня зовут Лайя из Серры, – говорю я. – Карконы прорвали оборону. Они скоро будут здесь, но я могу помочь вам покинуть город. Ты знаешь, где находится посольство Маринна?

Она кивает, и я испускаю вздох облегчения.