Денис зарычал, вновь пытаясь схватить сеть. Она собралась было вновь растаять и пройти сквозь пальцы воздухом, но в последний момент Денис успел заметить тонкий луч, отклонившийся в сторону. Или это была нить? А может быть, отсвет молнии? Не давая себе времени на раздумья, Денис схватился за этот блик света, и сеть дернулась, выпуская мелкую рыбешку на волю. Денис возликовал, готовясь освободить и её собратьев, но в этот миг ущелье вздрогнуло, отчего Денис повалился на спину. Раскат грома нещадно ударил по ушам, а вспышка молнии лишила возможности разглядеть хоть что-нибудь вокруг. Падая, парень успел подумать о валунах на дне. Но в следующее мгновение голова встретилась с одним из них, и Денис во второй раз за этот день провалился в черную пустоту.
Уют. Первое, что почувствовал Денис — это уют. Окружающий мир, пару мгновений назад такой холодный и враждебный внезапно стал мягким и теплым. Казалось, будто его завернули в кокон из пушистой паутины, чтобы грубая реальность не могла пробиться к его измученному последними событиями телу. Размеренная тишина прилипла к ушам, не пуская туда резкие и раздражающие звуки. Денис улыбнулся, довольный таким раскладом. Тихо, тепло, спокойно. На уроки идти не надо, никто не трогает, а главное, не требует вспомнить, кто же он. Как только эта мысль проскользнула в сознании, уютный кокон затрещал, грозя прорваться под натиском размышлений. Денис нахмурился. Такой поворот событий ему не понравился. Поэтому парень постарался выбросить все ненужные мысли из головы, чтобы продлить это состояние покой на «подольше».
— А я знаю, что ты не спишь! Нехорошо хитрить и притворяться!
Тихий голос раздался над самым ухом. Денис вздрогнул и открыл глаза. Круглолицый старичок в полосатом халате и забавной тюбетейке возвышался над кроватью, с интересом разглядывая парня.
Денис окинул взглядом помещение. Побеленный потолок и бледные выкрашенные стены в лучших традициях советского дизайна. Судя по всему, он был в медпункте.
— Вы кто? Санитар? — Денис подозрительно уставился на незваного посетителя.
— Нет, я врач, — рассмеялся старик, отчего круглое лицо забугрилось морщинами.
— Местный? Или из города вызвали? — Денис не удивился, если бы его решили после сегодняшнего происшествия сплавить куда подальше. Кому нужны проблемные ученики?
— Местный, местный, — еще сильнее заулыбался тот. — Самый, что ни на есть. Голова не болит?
— Да нет, уже прошло, — на автомате ответил Денис. — А мне долго тут валяться?
Старичок хитро улыбнулся и отошел от его кровати. Поправил вязаную салфетку на тумбочке, задернул занавеску на окне и со всего размаху запрыгнул на пустующую рядом кровать, смяв подушку-пирамидку.
— Валяться недолго. Скоро на уроки пойдешь. А потом коридоры мыть, — старый врач забавно поболтал ногами в воздухе, а после и вовсе улегся на кровать, сладко потянувшись.
— А коридоры то за что? — вознегодовал Денис. — Я вообще-то пострадавшая сторона! Мне покой нужен!
— Покой, — как-то печально усмехнулся старик. — Покой нам только снится. А коридоры мой, пока дают! Полезное дело. Важное.
Денис в ответ фыркнул, всем своим видом демонстрируя отношение к таким важным делам. Но странный врач, казалось, этого не заметил. Покачиваясь на сетчатой кровати, он с интересом разглядывал белый потолок и, казалось, вовсе перестал замечать окружающий мир. Денис какое-то время с подозрением поглядывал на своего посетителя, но вскоре перестал обращать на него внимание. Мысли, беспорядочно мечущиеся в голове стали приобретать какую-то направленность, медленно стекаясь к странному сну. Ноги только сейчас стали согреваться после путешествия в ледяной воде. Голова побаливала от удара.
— Ноги согреются. Насморка не будет. А вот голову в следующий раз береги, — долетел до Дениса веселый голос с соседней кровати. Парень уже собрался было ответить что-то очень умное, как внезапное осознание лишило его дара речи. Это был сон. Сон, про который он никому не успел рассказать.
— Откуда вы? — Денис подскочил с кровати, отчего мир вокруг слегка качнулся.
Но пустая палата ответила ему тишиной. Соседняя кровать была аккуратно заправлена. Лишь на вершине подушки-пирамидки висела нелепая тюбетейка.
