Мраморные ступени с резными перилами цвета слоновой кости гармонировали с золотистыми гобеленами на стенах. Денис присмотрелся и отметил, что вензеля на перилах повторяют рисунок лепнины и загогулины подрамников, развешенных на стенах с репродукциями знаменитых картин. В стилях и течениях Денис разбирался слабо, но богатство и величественность внутреннего убранства Ладогора отметил сразу же. Пока они поднимались на второй этаж от завитушек, блеска золота и чистоты ступенек начало рябить в глазах.
— Такое чувство, что по Эрмитажу идешь, — Денис не смог сдержать комментарии.
— А ты и идешь, — еле слышно отозвался Вальтер. Но Денис его услышал.
— Вальтер, ну где вы ходите?
Из-за угла им навстречу вышла высокая стройная блондинка — девушка Вальтера. Денис видел её несколько раз, когда она просила Ратора передать что-то другу. Кажется, она была старостой Теремка.
— Привет. Искал Данаре замену, — Вальтер коротко кивнул её сопровождающим — таким же выпускникам. — Это Денис, он поможет.
Блондинка одарила Дениса прохладным взглядом, от которого тот почувствовал себя инфузорией.
— Ну если ты так считаешь… — медленно протянула она. Денису показалось, что его накололи на две сосульки — таким выразительным был взгляд блондинки. Парни за её спиной усмехнулись, как бы поддерживая общее мнение.
— Считаю, — ответный взгляд Вальтера был не многим теплее. — А теперь пойдем, времени нет. Этот дождь все перевернул.
Денис почувствовал, что общее напряжение и недовольство сошло на нет, так и не достигнув пика. Блондинка хотела было что-то возразить, но не решилась спорить с Вальтером. Потому лишь кивнула и, взметнув вихрь светлых волос, зашагала вперед.
Спальный корпус учителей Ладогора располагался в двух задних башнях и чем-то походил на гостиницу. Из общего холла в разные стороны разбегались коридоры, где и находились спальные комнаты. Хотя, комнатами назвать это было сложно — на взгляд Дениса это были самые настоящие квартирки. Зачастую, там жили не только учителя, но и их дети, мужья и жены и даже родители. И все они являлись работниками лицея. Из пояснений Вальтера Денис понял, что главное правило Лицея — не просто работать, но и жить в нем. «Школа — это дом родной», — для сотрудников Лицея эта фраза имела самое прямое значение. Отвечая на расспросы Дениса, Вальтер не без удовольствия поведал о старой доброй традиции, уходящей своими корнями во времена основания Лицея. Первый директор Валентин Ткач, основавший тут школу для детей декабристов, вписал это правило в Устав Лицея первым пунктом. И вот уже почти двести лет оно неукоснительно соблюдалось всем преподавательским составом. С одной стороны это напоминало режим «невыездных», а с другой — семьи преподавателей пользовались рядом привилегий. В том числе и в вопросах обучения собственных детей. Денис слушал это вполуха, больше всего его заинтересовала личность первого директора, а точнее — его фамилия.
— Валентин Ткач, говоришь. А наша Ёлька не родственница ему, случайно? — поинтересовался Денис как бы невзначай.
Но по хитрому прищуру Вальтера понял, что тот его раскусил.
— Именно так. Ткачи были директорами лицея всегда. Это тоже в уставе прописано.
— Но сейчас же директор Витор Витольдович Ткаченко… — Денис нахмурился, что-то прикидывая в уме.
— Ну, и что тебя смущает? Украинская вариация фамилии. Во времена революции такое встречалось сплошь и рядом, — пожал плечами Вальтер. — Это дядя Ёльки со стороны матери.
Денис потряс головой. Что-то в этой истории не укладывалось.
— А фамилия тогда как же? Или… — глаза Дениса округлились.
— Нет, нет, — поспешил успокоить его Вальтер. — Никаких родственных браков. Просто у Ткачей всегда сохраняется фамилия. Традиция такая, понимаешь. Хоть от матери, хоть от отца — без разницы.
— Странная традиция, — удивился Денис.
— Древний род, древние правила, — резюмировал Вальтер.
За разговорами они добрались до первой спальни. Денис почувствовал разгорающийся в груди азарт. Сегодня ему представилась возможность на краткий миг почувствовать себя сильным Лицея. Вальтер постучал в дверь — проверка комнат началась.
— Пыль на плафоне!
— Где стрелки на покрывале?
— Почему одежда не в пакетиках?
— Как это, не было времени заправить кровать?
Денис поначалу побаивался делать замечания своим учителям, которые уже завтра могли бы все это припомнить. Но, глядя на бесстрашного Вальтера, выставляющего двойки за чистоту направо и налево, очень быстро вошел во вкус. Учителя же, на его удивление, не то, что не обижались — радовались подобному течению событий. Оправдания, который слышал Денис настолько походили на их собственные, будто их специально записывали и заучивали к этому дню. Комната за комнатой, ученики выискивали пыль, фантики и не заправленные кровати. Всеобщее веселье наполняло коридоры. Денис уже не скрывал своей довольной улыбки, заходя в очередную спальню.
