— О, только не в коридоре! — всплеснула руками Настя. — Иди, рассказывай свой опасно-прекрасный план. А я схожу, чайник наберу. Все равно до утра не заснете.
Несколько часов спустя, когда ирийские девы все еще спали, не торопясь выводить рассветных коней из золотых ворот, вереница теней потянулась к разрушенному неудачным экспериментом кабинету. Администрация лицея не придумала ничего лучше, как закрыть его и опечатать дверь. Просвещенным ученикам сказали, что там еще гуляет Морфей, поэтому желающих засунуть туда свой любопытный нос не находилось. Никому не хотелось повторять участь спящей красавицы без надежды на пробуждение.
Но этой ночью несколько безумцев все же решили испытать судьбу.
— Ратор! Не сопи! Тебя слышно в учительском корпусе!
— Кевар! Смотри, куда идешь!
— Ой-ой! Узнает Старшой, на горох поставит! Ой, не миновать беды!
— А если я бабуле расскажу, кто лапоть утащил?
— Тише вы! Тут домовые патрулируют коридоры! Услышат, все Вероне доложат!
— Слушайте, вот это вы чудаки! А я правда на настоящем ритуале буду присутствовать? Ну там магия, волшебные палочки, да?
— Ага. У тебя самая почетная миссия — драконов отпугивать. Ты ж у нас специалист по фантастически существам?
— Как дракона? Настоящго? Они что, правда существуют?
— Конечно нет! Драконы — это выдумки. Тебя ждут всего лишь детеныши Змея Горыныча!
— Уууу… А можно я пойду спать, а?
— Нельзя! Мы пришли! — голос Вальтера не дрогнул, хотя внутри все сжалось при виде опечатанной двери. Шагнуть туда — значит окончательно решиться на ритуал.
Настя подошла как обычно неслышно:
— Ты не обязан этого делать, — тихо, чтобы другие не услышали, сказала девушка. — Если он ушел, никто и ничто не сможет его вернуть.
— Сможет, — покачал головой Вальтер. — Ты же знаешь, что сможет. Все зависит лишь от цены, которую придется за это заплатить.
— И ты готов назначить ценой свою жизнь за человека, которого знал всего-то пару месяцев? — Настя старалась изо всех сил, чтобы не повысить голос. Благо, остальные перешептывались позади, рассуждая на тему собственных шансов на выживание в кабинете.
Вальтер помолчал несколько мгновений, прежде чем ответить.
— Он не простой человек. И я не просто знал его. Я жил с ним.
Не дав подруге возможности возразить, он резко дернул на себя дверь кабинета, перекрывая возможность к отступлению.
— Ну что встали? Живее! — скомандовала Настя, подгоняя товарищей.
Самым последним, охая и причитая, в кабинет ввалился Потеряшка. Настя оглядела подозрительно пустой и тихий коридор и захлопнула дверь. Достав из кармана тоненький поясок, девушка прошептала какой-то заговор и привязала его к дверной ручке.
— Теперь никто не войдет!
— Главное, чтобы вышел, — проворчал Ратор. Ему, как и Данаре, совершенно не нравилась затея спасать неудачливого товарища неизвестно от чего.
В кабинете царил непроглядный полумрак. Никто из учителей не озаботился восстановительными работами. Домовым, видно, тоже было не до того. Поэтому все осталось в таком же состоянии, как и в день взрыва.
— А вот это просто замечательно! — довольный такой удачей Вальтер осмотрелся. Если никто ничего не трогал, восстановить картину событий будет намного проще.
— Вот только света бы побольше, — Кармин огляделся, словно ожидая, что сейчас ему на голову упадет светильник на батарейках.
— У меня есть вот это, — неожиданно для всех подал голос Саня. Неожиданно яркий поток огненно-рыжего света заставил всех отшатнуться и прищуриться.
— Саня, чтоб ты был здоров! Что это? — выругался Ратор, который чуть не влетел в вытяжной шкаф с опасными реактивами.
— Перья Финиста, — как ни в чем не бывало ответил парень. — Я подобрал, когда к лешакам в лес ходил. Осень же. Линяет товарищ.
— Сам ты линяешь, дурень, — язвительно отозвалась Данара. — Финист перья сбрасывает!
— Так! Замолчали все! — Настя решила взять дисциплину в свои руки. Из всей прибывшей компании только Ёлька и Кевар вели себя тихо и незаметно.
Во внезапно наступившей тишине раздался тихий, едва различимый шелест.
— Что это? — шепотом поинтересовался Саня.
— Клубки. Прялки. Станки, — также тихо ответила Данара.
— А… А зачем? — ничего не понял Саня.
— Они пытаются найти нить Дениса и понять, куда она убежала, — не отрываясь от наблюдения за Ткачами, ответила Настя.
— А-а-а… — протянул Саня и замолк, не желая отвлекать друзей от такого важного занятия.
Между тем, Вальтер достал перо и старинный пергаментный свиток. Послышался треск разламываемой печати. Вальтер подошел к тому месту, где все еще ощущалось дыхание Морфея — именно тут Денис пытался сварить свое первое зелье прозрение. Летописец небрежно отбросил валяющйся на пути стул. Сейчас он мешал писать историю. Настя, словно прочитав мысли Вальтера, подскочила и убрала ненужную мебель подальше. Для ритуала было необходимо чистое пространство.
— Ратор! Отойди к окну, в основание, — скомандовал Вальтер, разворачивая пергамент.
Оборотень пробормотал что-то про «вечно несущих сплошные проблемы людей», но послушно отошел к окну.
— Саня! Слева от Ратора, — последовала следующая команда.
