— Помочь, мэтр, вы можете, не влезая в мои дела, — резковато ответил Аппела, — Мэтр, я слышал, что произошло в лагере, я понятия не имел, что это за дрянь такая, и я готов отдать её вам, — и прежде чем кто-то успел среагировать, вытянул амулет, и положил перед Клавдием.
— Мэтр, заберите её, я клянусь, что никогда бы не помыслил о чёрном колдовстве! — продолжил он.
— Хорошо, это облегчает дело, господин Рогу, но вы же понимаете, что одними лишь извинениями вы не отделаетесь? — Клавдий смахнул амулет со стола, подкинув его Валерии, — вы сознаете, что приняли участие в заговоре против короны?
— Понятия не имел, разрази меня Юпитер! — с пылом проговорил, Аппела, разведя руки в стороны и выпятив грудь, словно ожидая, что Юпитер и впрямь поразит это ничтожное существо — ничего не знаю, грабить, дань собирать, мошенничать, и с контрабандой мухлевать — занимаюсь, грешен. Но помышлять против нашего прекрасного короля Публия! Да пусть меня повергнут боги сию же секунду, в самые недра инферно! — очень убедительно вещал Аппела, у него в этот момент даже слеза выкатилась из глаза.
— Какой актер, пропадает, дорогой господин Рогу! — похлопал в ладоши Клавдий, — ладно, допустим я вам верю, с этой минуты, во искупление своих прегрешений, вы теперь обязаны докладывать обо всех попытках связаться с вами, ну и периодически помогать с выполнением поручений от моих коллег. Я передам вас своему агенту в Гадесе, он будет держать связь.
— Договорились, мэтр, — криво усмехнулся Аппела, слегка выдохнув. А затем принялся оживленно торговаться, пытаясь получить наиболее щадящие условия своего «сотрудничества».
Рассвет встретил отряд в пяти актах от Гадеса. Благодаря связям Клавдия им удалось быстро раздобыть лошадей и некоторое количество амуниции и припасов. Четверо магов в окружении шестерых воинов двигались в сторону Эмпории, к королю Публию ап Рианону. Почти полтора десятка человек потерял Клавдий в этом путешествии, в живых остались лишь трое фрументариев. Полтора десятка отличных воинов, верных короне, от чего Клавдия бередила эта мысль, не давала успокоиться и присоединиться к беседе остальных, в которой Луций вновь декларировал стихи для Валерии, а Марк вёл неспешные разговоры с Евферием и Фурием, все трое в разное время прошли службу в частях Легиона Калабрии, и помнили много разных баек.
— мэтр Марк, вот скажите, а правда, что некоторые эквиты, начинают слишком сильно любить своих лошадей, особенно в походе, когда баб рядом не наблюдается? — донесся до Клавдия, обрывок разговора Фурия.
— Ты поговори мне, балабол! — показал кулак ап Риний, — ну хотя это, частично правда, конечно. — И когда кругом все заржали, — но это извращение, сами понимаете! Не приветствуется — это в среде эквитов!
— Понимаю, мэтр, понимаю! А как получилось, что вы в эквиты пошли, а не в боевые маги?
— Понимаешь, — вздохнул Марк, — я обучался магии, в нашей родовой усадьбе, когда началась Мализийская кампания. По нашей земле прошлась она огнём, не оставив практически никого в живых, только я и несколько кузин, которых я сумел спрятать отведя взгляды нападавших. Когда дом был сожжён, я не совладав с собой, воспользовался правом древнего рода, и ушёл в Легион, мстить мализийцам.
— Мои кузины уехали к дальней родне, — продолжил он, когда их разговор стали слушать остальные, — я же сполна насладился местью, мой клинок достаточно испил крови врагов, пока кампания не закончилась. Затем опустошенный, я вернулся на наши прежние места. Но видеть их больше не мог, у меня всё ещё перед глазами горела и погибала под клинками моя родня. Потому продал я те земли, как наследник семьи, забрал кузин и поселился в Бри.
— Печальная история, мэтр, — протянул Фурий.
— Да не ври ты, ни на медяк тебе не верю! — пробурчал Марк, на что воины ответили смешками.
Валерия весело смеялась над шутками воинов, и сама периодически вставляя колкие замечания, и когда они с Луцием стали ехать чуть в отдалении от других, спросила его:
— Луций, каким ты видишь своё будущее?
— Ммм, интересный вопрос, я как-то не думал. Хотел стать следователем, хотел сделать карьеру в управлении. Сейчас же понимаю, что мои родичи были правы и это не моё. Я хочу выбраться из всего этого, по-возможности целым, а дальше, посмотрю, может действительно пойду в гильдию. А ты, что думаешь о своём будущем?
— А что тут думать, я теперь по самую макушку связана с преторианцами, куда мне идти, да и где примут? Я бы может и смогла бы соскочить, если бы нашёлся мужчина решивший, что я достаточно хороша для него в качестве супруги, и если бы он находился достаточно далеко от Мализии.
После этих слов Луций, стал глупо моргать и краснеть до самых кончиков ушей, отчего Валерия, фыркнула от смеха и сказав: «не надо так громко думать», поскакала вперёд. Ап Гвилан же продолжил ехать густо покраснев. Опомнившись, он прибавил скорости поскакав ей вослед. Когда они оторвались достаточно далеко от остальных, Луций попридержал её лошадь:
