— Выпустите меня отсюда! Аркаша, оттащи всех к чертовой матери от подъезда и отвези меня наконец в ЗАГС.
— Слыхал, жених, как невеста волнуется? — бормотали старушки.
— К щедрости тебя призывает.
Дверь с грохотом открылась, на улицу выскочила Галина.
— Невестушка наша появилась.
Фекла Карповна обратилась к соседкам с вопросом:
— Сколько собрали-то?
— По тысяче внучек твой новоявленный дал.
— Прогадали! Говорила я вам, дурам, больше требовать надо. У него денег — куры не клюют.
…Из ЗАГСа гости отправились в ресторан.
Люську посадили между болтливой хохотушкой Светланой и молчаливой Кирой. Чувствуя себя явно лишней, Люська старалась особо не привлекать к себе внимания.
Когда начались танцы, Люська, улучив момент, подошла к Кожевникову.
— Борис Игоревич, вы про меня не забыли?
— Помню, — тревожно отозвался мужчина. — Давай-ка выйдем на воздух.
На улице Борис Игоревич попросил Люську рассказать, от кого она узнала о смерти Алексея Павловича.
Люська не стала ничего утаивать.
— И теперь я в замешательстве, — заключила она.
— Н-да, прямо история со многими неизвестными. А знаешь, ведь к Марату тоже приходил клоун. Ночью его заметила соседская девочка из окна своей комнаты. Он оставил Марату подарок. Платок. Платок из прошлого.
— Что за платок?
Кожевников вплотную приблизился к Люське.
— Марата задушил клоун, — прошептал он, быстро кивая головой. — На то у меня имеются веские доказательства. Белый грим! На пальцах Марата остались следы от белого грима. Таким обычно пользуются клоуны. Уж поверьте мне, я знаю, о чем говорю.
— Борис Игоревич, из этого следует…
— Вот вы где, — обиженно проговорила Галя. — Пап, ты молодец, дочь вышла замуж, а ты сбежал.
— Мы на минутку вышли.
— Возвращайтесь в зал.
Кожевников посмотрел на Люську и развел руками.
— Слово новобрачной — закон. Поговорим после торжества.
До десяти вечера Люська просидела словно на иголках. Она дважды пыталась возобновить разговор с Борисом Игоревичем, и оба раза находились те, кто мешал осуществить задуманное.
Борис Игоревич прошел в туалет, но зайти в кабинку не успел — зазвонил телефон.
— Слушаю, — пробасил Кожевников.
С того конца раздался свистящий шепот:
— Борис Игоревич, добрый день! У нас ЧП. Вернулись с дачи, а на кухне и в ванной потоп.
— Пантелей Иосифович, это вы?
— Я.
Этажом ниже проживали престарелые супруги Востряковы: Серафима Даниловна и Пантелей Иосифович. Однажды Кожевниковы уже затапливали стариков, поэтому Борис Игоревич, выбежав из туалета, прокричал в трубку:
— Я выезжаю. Ждите.
— Хорошо. Только поторопитесь, вода хлещет.
Не заходя в зал, Кожевников вышел на улицу. Люська успела заметить спешившего к выходу Бориса Игоревича.
Кожевников сел в салон, включил зажигание и непроизвольно дернулся. Взглянув в зеркало, он увидел лицо клоуна.
Резко обернувшись, Борис Игоревич вытянул руку, но клоун оказался проворнее. Удавка начала затягиваться. Борис Игоревич хрипел, пытаясь оттянуть веревку от шеи.
В этот момент на улице появилась встревоженная Люська. Из последних сил Борис Игоревич нажал на клаксон.
Клоун ослабил хватку, достал из кармана нож и пырнул им Кожевникова в правый бок. Затем схватил удавку, выскочил из машины и бросился бежать.
— Стой! Остановись! — кричала Люська, подбегая к машине Кожевникова.
Борис Игоревич прижимал руки к правому боку.
— Клоун, — хрипел он. — Это сделал клоун.
Люська вызвала «скорую помощь».
Кожевникова увезли в больницу. Состояние Бориса Игоревича оценивалось как тяжелое.
На следующий день Люська приехала в больницу. Внизу она столкнулась с Софьей Тихоновной.
— Как Борис Игоревич?
— Врачи говорят, жить будет.
— Слава богу.
Софья Тихоновна взяла Люську за руку.
— Спасибо тебе, если бы не ты, даже представить страшно, что могло случиться.
— Пустяки.
— Нет. Ты спасла Боре жизнь. Мы тебе очень благодарны. Я твоя должница, Люда.
— Сейчас главное, чтобы того негодяя поймали.
— По горячим следам поймать не удалось, теперь, думаю, не найдут. Он же был в костюме клоуна, в гриме. Неизвестно, мужчина это или женщина. — Софья Тихоновна села на стул. — Не успели Марата похоронить, как с Борей несчастье произошло. Что за напасть? Неспроста это, Люда, неспроста. Почему убийца вырядился клоуном? Почему именно в клоуна? Что он хотел этим сказать? Этот факт меня пугает. И Борис, и Марат в прошлом были клоунами.
У Люськи закололо в висках.
— Как?!
— Они работали в передвижном цирке. Правда, давно это было, лет сорок назад. Еще до нашего с Борей знакомства. Колесили по городам, устраивая цирковые представления. А потом цирк распался, Борис устроился в театр плотником. Так до пенсии там и проработал.
— А Марат Евгеньевич?
— Марат совсем молоденьким был, после распада труппы его взяли клоуном в настоящий цирк.
— А Алексей Павлович? Вы с ним знакомы?
Софья Тихоновна замотала головой.
— Никогда о таком не слышала. У Бориса много знакомых, но в близких отношениях он был только с Маратом.
