— Вот нам и повстречался характерный представитель степи. И как вы можете заметить, вооружён он ятаганом и револьвером, хотя в городах имеют право носить оружие лишь дворяне, полиция и прочие служивые люди.
— Кажется, градоначальник смотрит на такие дела сквозь пальцы, — проговорил я и небрежным движением поправил котелок, который сполз на затылок.
— Чем дальше от Царьграда — тем вольнее местные аристократы трактуют законы империи, — философски сказал Андреев, устремил взгляд вдаль и обрадованно выдохнул: — А вон и площадь. Боже мой, да она покрыта брусчаткой!
— Не юродствуйте, Лев, — попенял я ему и ускорил шаг.
Вскоре перед нами раскинулась небольшая площадь, окружённая кирпичными домиками с черепичными крышами, ратушей и церковью с голубыми маковками куполов. В некоторых домиках были обустроены магазинчики и питейные заведения. И оттуда уже доносился грубый смех.
А на дальнем от нас конце площади обнаружился ярко-оранжевый деревянный вагончик кукольного театра. И народ, вряд ли привыкший к частым развлечениям, охотно стягивался к вагончику, дабы поглазеть на выступление.
Шурик с вспыхнувшими детской радостью глазами тоже устремился в сторону вагончика, а потом вдруг встрепенулся и с вопросом во взгляде глянул на меня.
— Господа, предлагаю посмотреть на представление кукольного театра, — проговорил я. — Много времени данный сеанс у нас не отнимет, так что промочить горло мы всегда успеем.
— Замечательная мысль. Искусство делает мир прекраснее, — с улыбкой произнёс Андреев. А Яшка лишь безразлично пожал плечами.
— Значит, решено, — кивнул я.
И мы стали уверенно разрезать толпу галдящих людей, среди коих шустро сновали торговцы с лотками.
Последние во всё горло орали, стараясь перекричать друг друга:
— Сладкие петушки на палочке!
— Квас! Хлебный квас!
— Свистульки из дерева! Покупай, стар и млад!
— Пирожки! Пирожки!
К Яшке внезапно подскочила замотанная в цветастые тряпки старая цыганка и прошамкала почти беззубым ртом:
— Давай погадаю, касатик. Расскажу тебе твоё будущее.
— Пошла прочь, старая! — прикрикнул на неё атаман и погрозил пудовым кулаком. — Умела бы ты читать будущее, не подошла бы ко мне!
— Логично, — хмыкнул я и иронично глянул вслед бабке. А та уже шустро смешалась с толпой.
— Ишь чего удумала… — пропыхтел Яшка, раздувая крылья орлиного носа. — С нас сейчас ещё и за представление деньги возьмут.
— Я за всех заплачу, — успокоил я прижимистого атамана и начал протискивать через толпу, которая полукольцом окружила вагончик.
Никто из горожан не посмел перечить по виду явным дворянам, так что наш квартет без проблем пробился в первый ряд. Здесь ко мне подскочил вёрткий мужичонка в золотистой жилетке и с приклеенной вежливой улыбкой. Он привычным движением протянул в мою сторону перевёрнутый котелок с засаленными полями. Я понимающе вытащил туго набитый банкнотами кошелёк, достал из него четыре пятёрки и положил их в головной убор. Мужичонка ловко мне поклонился и помчался брать плату с других зрителей. А я глянул на вагончик. Он стоял всего в двух метрах от меня.
И тут в проделанном в борту прямоугольнике показались куклы, собранные из деревянных частей.
Однако мне не удалось насладиться представлением…
Внезапно я почувствовал движение в правом кармане своих брюк. Поспешно скосил глаза и увидел чумазого мальца лет десяти. Он быстро дёрнул мой кошелёк и помчался сквозь толпу, искусно лавируя среди взрослых.
Я инстинктивно бросился за ним, оглашая воздух криками:
— Держи вора!
Но никто не собирался его держать. Мои вопли заглушал общий гомон толпы, да и народ так сразу и не смог сообразить — где вор, кто вор… Хорошо хоть люди расступались передо мной, иначе пришлось бы их раскидывать в стороны. А так — я выскочил из толпы и понёсся по площади за шустрым дьяволёнком. Расстояние между нами неуклонно сокращалось. Но он всё-таки успел нырнуть в узкий проход между домами. И погоня продолжилась по грязной вонючей кишке, пахнущей мочой.
Крыши домов почти касались друг друга и с них мне на голову капала талая вода. А из-под ног с противными воплями выскакивали облезлые коты.
Вопреки всему этому я почти нагнал воришку. Он выметнулся из прохода и оказался в глухом дворе. С трёх сторон его окружали стены домов, а с четвёртой — бревенчатая стена. Парнишка замер возле этой стены и уставился на меня перепуганными глазёнками.
А я двинулся к нему и хрипло выдохнул:
— Приятель, просто верни мне кошелёк… Слово дворянина, я не буду звать полицейских.
— А вы их, любезный, и не дозоветесь, — раздался за моей спиной глумливый мужской голос.
Я тотчас обернулся и увидел троицу бандитского вида молодчиков в потёртых суконных двубортных тужурках. Они высыпались из единственной двери, которая выходила во двор. И пара из них мигом наставила на меня дула поцарапанных револьверов.
