— Ну что вы, — сказал охранник, — а под лестницей вы были?
Они спустились под лестницу в подвальное помещение и попали в настоящее казино: там были столы покера, «блэк-джэка» и американской рулетки. За столами стояли крупье, юные ухоженные красавицы в белоснежных блузках с галстуками-бабочками и черных мини-юбках. Клиентов было не очень много. Из потолочных динамиков сочился голос саксофона. Слышалось постукивание шарика рулетки и просьбы крупье на английском языке:
— No more bets!
Шурик обратился к сидящему за стойкой гардероба молодому смазливому туркмену с серыми глазами и длинными каштановыми волосами:
— Что это они говорят?
— Они говорят, что последние ставки сделаны, — ответил гардеробщик.
— И какие тут ставки минимальные в рулетку? — спросил Сергей.
— Я не знаю, Валера, сколько минимум ставят в рулетку? — спросил гардеробщик стоящего рядом охранника, солидного мужчину в черном костюме.
— Ну… — закатил глаза Валера, — до часу ночи, пока еще не валят жирные клиенты, можно ставить даже по доллару. Потом минимум пять баксов.
— А телки по-русски понимают? — спросил Шурик.
— Конечно, — сказал гардеробщик. — Они все местные. У нас только менеджеры турецкие.
В качестве иллюстрации из-за квадратной колонны у входа в зал вышел невысокий брюнет с лысиной и восточными чертами и сказал гардеробщику с иностранным акцентом:
— Аташка, пачму морду не выбрил? Пачму патлы отрастил?
— Эрсаваш-бей, не морду, а лицо. И не выбрил, а побрил, — со смехом поправил Аташка.
— Annamadi, — сказал по-турецки менеджер. — Ти слишком быстра гаварил.
Сергей и Шурик вошли в игральный зал и приблизились к рулетке. За столом сидели только двое игроков, и они присели рядом. Понаблюдав минуты три за игрой, Сергей попросил Шурика:
— Вон у них касса. Иди наменяй долларов пятьдесят по одному баксу.
Шурик вернулся с кучкой пестрых пластиковых фишек. Половина была зеленого цвета, а половина — желтого.
— Желтые — мои, — шепнул Шурик.
И они стали делать ставки по одному доллару наугад, плохо понимая систему. Сидевший с ними за одним столом пухлый туркмен делал ставки целыми столбиками из фишек.
Так они сделали по двадцать пять ставок и ни разу не выиграли.
— А еще говорят, новичкам везет, — сказал Шурик, вставая из-за стола.
— Как знать, — сказал Сергей с загадочным видом.
На улице они поймали такси и приехали в свою квартирку.
— Кто жрать готовит? — спросил Сергей, когда они вошли.
— Я умею только яичницу, — сказал Шурик.
— Я скоро сблюю от твоей яичницы, — сказал Сергей. — Надо было где-нибудь шашлыков купить. Или этих… колбаски такие на шампурах… люля-кебаб, во!
Они решили ограничиться турецким пивом в маленьких бутылках и банкой шпротного паштета.
— Будем звонить по гостиницам? — спросил Шурик, чавкая бутербродом с паштетом.
Сергей кивнул и вынул из нагрудного кармана рубашки сложенную в несколько раз влажную от пота принтерную распечатку.
— Конечно, будем. Я был тут в одном отеле, и мне администратор распечатал список всех здешних гостиниц. И телефоны их, конечно. Их тут море. Вот слушай: «Ак Алтын», «Аркач», «Ашгабат», «Азия», «Азатлык», он же «Инде-пендент»…
— Стоп! — воскликнул Шурик. — Какой ты первым назвал?
— «Ак Алтын», а что?
— Мы там были. Помнишь, золотистый такой, напротив цирка.
— Вроде были, — пожал плечами Сергей.
— Если бы я приехал с деньжатами, я бы в пяти звездах остановился, — мечтательно сказал Шурик.
— Вот мы сейчас позвоним и проверим, — сказал Сергей. — Хорошо, что уже поздно. Если мы его найдем, портье не удивится, что мы не просим соединить. Как будто мы не хотим его будить.
Слабое ночное освещение отбрасывало на полированные поверхности вестибюля рассеянные блики.
— Час ночи, — сказала портье в малиновом пиджачке, стройная большеглазая брюнетка. — Пора готовить найт аудит рипорт.
— Пойду за перегородку вздремну, — сказал белбой, парнишка в малиновой жилетке и бежевых брюках с лампасами.
— Я тебе вздремну, — показала ему кулачок девушка.
— Сколько там времени? — спросил, зевая, рослый охранник, который возник из темного угла вестибюля.
— Час ночи, Вова, — сказал белбой. — Еда будет только в два.
— А жаль, — похлопал себя по животу охранник. В ответ в его животе заурчало. Девушка прыснула со смеху. Она сказала белбою:
— Антошка, когда я отчет закончу, постоишь за меня часок? Мне нужно к экзамену готовиться.
— Конечно, — сказал белбой и посмотрел с сочувствием на ее усталое лицо.
Дверь вестибюля провернулась, и они увидели молодого, коротко стриженного человека с мрачновато-упрямым лицом. Это был Шурик.
— Доброй ночи, — сказал Шурик.
— Добро пожаловать, — сказала портье. — Чем могу помочь?
— Минуточку, — сказал Шурик и стал пристально смотреть на ячейки с ключами, встроенные в стену за спиной девушки.
— Вы кого-то ищете? — спросила девушка.
— А вот скажите… — Шурик помялся. — Когда гости уходят из отеля, они оставляют ключи у вас?
— Обычно оставляют, — сказала девушка. — У них такие тяжелые брелки, что таскать их по городу неудобно.
— Значит, если ключа у вас в ячейке нет, то гость в номере? — спросил Шурик.
