Вася смотрелось строго, все еще стоя чуть в стороне от меня. Скрещенные руки, хмурое выражение глаз, напряжение, которое почти физически ощущалось всем телом. И все же, на ее состояние обратил внимание только я. Прочие присутствующие почему-то переключились на меня, так некстати упомянутого Васей. Действительно неуместно, ведь она, судя по всему, единственная, кто счел меня достойным права голоса. С одной стороны это было немного приятно, ведь признание и все такое. С другой же я почувствовал себя ребенком в кругу больших дядей, решающих взрослые проблемы. В этом мире критерием "права на права" был, однако, не возраст, ведь даже Мирон смотрел на меня снисходительно. От остальных же чувствовалось больше пренебрежения, словно я по своей воле ввязался в их проблемы. Пусть разговор и начался из-за моего оружия, вину за перепалку я принимать не собирался.
И все же, меня не впечатлил такой поворот. Холодным отношением к новичкам вряд ли можно кого-то удивить. Мне стало неприятно по другой причине, которую я не мог понять, пока мне не протянули глубокую миску, полную мясного супа. Крупные куски мяса и овощей, приятный запах которых раздразнил аппетит. "Вот уж, кому действительно должно быть тошно от ситуации, так точно не мне", — подумал я, подняв глаза. Коротко остриженная шатенка с грустным безучастным взглядом.
— Спасибо, Ань. Выглядит потрясающе, — произнес я, принимая еду.
— Пожалуйста. И тебе за помощь спасибо, — ответила она, легко кивнув. Тут же она отвернулась и, не тратя времени продолжила раздавать еду.
— Ладно, — первым вернулся к насущным вопросам Валерий. Он звучно хлопнул себя по коленям, привлекая общее внимание. — Раз уж "как здорово, что все мы здесь сегодня собрались", предлагаю немножечко отметить наше пополнение.
Все чуть оживились, а общее напряжение стало медленно сходить на нет, когда сумка коменданта снова загремела. Он извлек из нее пару пузатых бутылей с длинными узкими горлышками. Жаль, разглядеть содержимое толком не удавалось из-за бликов костра.
— Без меня. Здесь я вас покину, — оповестила Вася, получив порцию. — И Олега позову. Чтобы ваше "как здорово"… стало… еще здоровее, — останавливать ее никто не стал, как и принуждать к совместному приему пищи. Похоже, никому и дела не было. Одним меньше — значит, что остальным достанется чуть больше.
— Ну хорошо. Тока не загуливай, — дал отмашку Саталкин, откупоривая первую бутыль. — Ну что. Так, а лить я куда буду?
Алена повернула голову и тут же отвлеклась от прежней работы. Девушка быстро скрылась, а вернулась с целым набором из однотипных жестяных кружек. Судя по количеству, планировалось, что пить будут все, включая Олега, только-только показавшегося со стороны барака в одном саване.
— Чего раньше-то не позвали? — чуть заспанным тоном спросил он, утирая лицо широкой ладонью и усаживаясь со всеми. — Я бы выбрал фрак поприличнее.
— Одежда под стать напитку, друг мой, — одобрительно похлопав мужчину по плечу, сказал Эдуард. — Так что довольствуйся тем, что есть. И лучше приготовься. Девочки действительно сегодня постарались на славу, так что приготовь желудок.
— Что же, маленький праздник он и в этом дохлом мире — праздник, — улыбнулся Мирон. Он медленно поднялся, принял наполненную кружку и положил руку на грудь. Почему-то левую. — Сегодня мы будем пить, есть до отвала, шуметь, а потом блевать. Уснем мы в грязи и собственных нечистотах, не дойдя даже до дома. И за эту возможность расслабиться я благодарен нашему новому товарищу.
Завернул. Причем не туда завернул. Иначе про такой тост и не скажешь. Хотя, как мне удалось понять весьма скоро, речи более подходящей для обстановки было не найти. Мне передали кружку, до краев наполненную мутно-красной жидкостью, от которой резко несло спиртом и еще какой-то гадостью.
