— Спасибо, наверное, за науку, — произнес я, не до конца понимая смысл сказанного. Во-первых, причем здесь и сейчас эти древни с их философией, а во-вторых, какое лично мне дело до их тонкой душевной организации. Нет, в будущем конечно, стоит учитывать расовые особенности моих врагов, но пока что я узнал только о способах испортить репутацию.
— Кстати, должен заметить, что у тебя хорошо получилось, — Мирон сменил тему так же внезапно, как и заговорил. — Сказываются навыки из прошлой жизни?
— Да вот, знаешь, даже в школе на труде подобной чушью не занимался, — хмыкнул я, привередливо вертя в руке новую заготовку. Тратить ее на такой же листок не хотелось. Душа требовала разнообразия, да и размеры бруска были великоваты. — Не интересовался никогда резьбой.
— Да я не про то! — возмутился маг, бросая в мою сторону разочарованный взгляд. — Ремесленное прошлое тут не причем. Я про игровой опыт. Ты же любил всякие игрушки, вот и позаимствовал оттуда крафт. Система же не может внушить тебе правила или даже основы творчества. Но при этом у тебя неплохо выходит делать то, что ты хочешь. Наверняка ты даже не пытался действовать естественным методом? Не использовал схемы, не обдумывал правила и условия. Ты просто взял и сделал то, что захотел. Как будто нажал нужную иконку, выбрал из выпадающего списка и, потратив время и материалы, получил заранее выбранный результат.
— Не буду лукавить, почти так и было, — признался я. — Правда, списка не было.
— Ну, нет рецептов, нет и списка. Тут творчество честное, не ограниченное. Но купить рецепты тоже возможно, особенно если тебе нужен заранее известный результат. А так, если будешь делать по наитию, всегда будь готов к рандому. Я пробовал как-то заняться творчеством. Благо, с магией огня выжигать по дереву просто. Да только особо не преуспел. Нет таланта, нет интереса.
— Нет специальности, — прибавил я, довольно улыбнувшись. Всегда было приятно козырнуть новым знанием, даже если смысла в этом было с гулькин нос.
— Да, моя специальность оказалась далека от творческой. Я специализируюсь на ловушках. Капканы, волчьи ямы, силки, все это в рамках моего профиля. Хотя, как понимаешь, все перечисленное в сферу моих интересов не входит.
— Ага. И потому ты прокачиваешься, расставляя ловушки по периметру крепости? — а что? Если подобные магические мины можно считать ловушками, то это довольно удобное сочетание способностей и навыков. Вот если бы мое лечение могло быть специальностью, было бы неплохо. Вот только у меня даже навыка такого нет, несмотря на то, что лечил я и себя, и Олега. Толку-то?
— Не буду юлить. За каждую мину мне немного капнуло. Но вот когда в них попадется кто-нибудь, получу еще больше. Остается только ждать и верить, хах, — усмехнулся пироман, слегка покачав головой. — Вот только монстры и звери не торопятся приходить на огонек, а редкие гости всегда предупреждены. Поэтому выше десятки навык так и не поднялся, несмотря на то, что специальность основная.
— Ну, найдешь еще свою птицу счастья завтрашнего дня. Спасибо за совет о крафте, попробую сделать что-нибудь чуть более сознательно.
— Появились мысли? — тут же расцвел маг. — Покажешь, как закончишь.
Как только я сжал в руке древесину и зажмурился, перед глазами появился уже знакомый листик. Нет, тратить материалы на повторение я не собирался. Если уж я решился подойти к вопросу серьезно, нужно было подыскать более подходящую форму. Бог Без Имени, наделенный могуществом Первосветом. Едва ли можно найти более яркий образ. Вот только изображать фигуру старика мне очень не хотелось, а собственный профиль вряд ли удовлетворит мои запросы. Если задуматься, воплощение исконного Света в мире всегда одно. Еще до того, как появились костры и факелы, зародилось светило, чья ласка и позволила зародиться жизни. Старика низвергли с Олимпа в мире, где нет ни намека на солнце. Что же, общая задумка ясна. Приступаю.
Проявив в мыслях образ шара, я моментально отверг его. Нет, простая геометрическая фигура не будет передавать нужный смысл. Поэтому я осторожно сжал сферу до состояния диска, а после примостил лучи. В результате передо мной оказалась восьмиконечная звезда с небольшим отверстием в центре. Уже привычным движением я объединил образ с бруском заготовки, подгоняя размеры. Дальше оставалось лишь поддаться порыву, совмещая навык с удачей. Приправляя все Верой и густо замешивая результат на мане, что стала сплошным потоком утекать сквозь пальцы, я принялся работать резцами. Кажется, я даже глаза не открывал, позволяя рукам действовать самостоятельно.
